Мореходы еще в каменном веке на утлых суденышках открывали острова один за другим, в конце концов добравшись до Крита. Первооткрыватели были по большей части сорви-головами, признающими лишь право сильного. При первом удобном случае они принимались разбойничать. Для достижения своих целей им требовались быстроходные, маневренные, прочные и остойчивые суда, пригодные для дальних переходов, внезапных нападений и спешного бегства. Таким образом, пиратство стимулировало прогресс корабельного дела и мореходства. Тем более, что для борьбы с пиратами приходилось создавать корабли, пригодные для боевых действий и преследования разбойников.
Итак, в Древнем Египте сравнительно быстро было покончено с нильскими пиратами, а судоходство достигло относительного совершенства.
О дальнем плавании того времени рассказывает, в частности, «Сказка о потерпевшем кораблекрушение», написанная на папирусе во времена Среднего царства (XXI–XVII вв. до н. э.).
«Я направлялся к руднику государя. Я спустился к морю [и сел] на корабль сто двадцать локтей длины и сорок локтей ширины. На нем было сто двадцать отборных египетских моряков. Смотрели ли они на небо, смотрели ли они на землю — их сердца [всегда] были отважнее львиных. Они предсказывали бурю, прежде чем она грянет, и грозу, прежде чем она разразится».
По-видимому, здесь речь идет о плавании по Красному морю за металлом, благовониями, ценными сортами дерева. Большинство моряков были гребцами. Морское путешествие в те времена считалось опаснейшим предприятием из-за природных стихий, а не по причине возможной встречи с грабителями.
Именно в Египте сохранилось свидетельство об одном из крупнейших морских походов, совершенных 3,5 тысячелетия назад. Вот что пишет об этом историк Ю. Я. Перепелкин: «Знаменитое плавание в середине XVIII династии судов с воинами фараона-женщины Хатшепсут в Южное Красноморье (страну Пунт) было скорее грабительским, чем торговым предприятием. Египетский посол принес в дар местной богине сосуды с жертвенными припасами и «всякие добрые вещи»: кольца, ожерелья, секиру, кинжал. При отплытии же обратно египетские суда были нагружены до отказа всевозможными травами, грудами благовонной смолы и производящими ее деревьями, черным деревом, разным другим ценным деревом, слоновой костью, золотом, курениями, притираниями, а также обезьянами, борзыми, шкурами барсов и, наконец, невольниками и их детьми. Посольство сопровождалось установлением египетского господства над Пунтом».
Сам факт этого плавания доказывает, что судостроительное дело в Древнем Египте было вполне налажено. На рельефе храма Мединст-Хабу, отображающем битву египтян с «народами моря», корабли с той и другой стороны сходны; имеют по одной мачте с прямым парусом, квадратные надстройки на корме, где у руля находился кормчий.
Одно из древнейших письменных свидетельств о плавании относится к концу XXV — началу XXIV века до и. э. На каменной плите, найденной в Абидосе (Верхний Египет), иероглифами повествуется о жизни и деяниях крупного вельможи Уны. Вот отрывки из текста.
«Его величество послал меня в Ибхат доставить саркофаг «Ларь живущего» вместе с его крышкой и драгоценной и роскошной верхушкой для пирамиды «Является и милостив Меренра» госпожи. Его величество посылал меня в Элефантину доставить гранитную плиту… и гранитные двери… Они плыли со мной вниз по Нилу к пирамиде «Является и милостив Меренра» на шести грузовых и трех перевозочных судах восемь (?) месяцев… в течение одной экспедиции. Никогда ни в какие времена не посещали Ибхат и Элефантину за одну экспедицию…
Его величество посылал меня в Хатиуб доставить большую жертвенную плиту из хатнубского алебастра… Я отправил ее вниз по Нилу на грузовом судне: я построил ему грузовое судно из акации в шестьдесят локтей (около 30 м) длиной и тридцать локтей шириной, причем постройка заняла всего лишь семнадцать дней…»
Согласно этому тексту, в Древнем Египте были умелые судостроители и моряки. Грузовое пароходство по Нилу осуществлялось, по-видимому, нерегулярно и преимущественно по течению.
В III тысячелетии до н. э. развитая островная цивилизация, подобная критской, сформировалась на о. Бахрейн в Персидском заливе. По вполне правдоподобной теории датского археолога Дж. Бибби, этот остров сопоставим с легендарной страной Дильмун, из которой товары, в частности лес, доставлялись в шумерское Двуречье и где, по-видимому, обитал бессмертный собеседник Гильгамеша Утнапиштим, переживший потоп.
