Я не заметила, как уснула.
Алма-Ата
Проснулась я от поцелуев, не открывая глаз, ещё сонная, потянулась руками к Серёже.
– Маленькая, просыпайся, заходим на посадку.
– Аах! – тотчас придя в себя, всполошилась я, – Серёжка, я же ноги тебе отсидела! – Я заторопилась в своё кресло и, зажмурившись от яркого солнца, ударившего через иллюминатор в глаза, не удержалась и рухнула обратно на колени Серёжи. – Господи!.. мало отсидела, теперь ещё и попрыгаю…
Он засмеялся.
Опираясь на его руку, я предприняла новую попытку перебраться в своё кресло, на этот раз перебралась удачно и первым делом прикрыла шторку иллюминатора. Виновато улыбнувшись наблюдающему за мной стюарду, я щёлкнула ремнём безопасности и выдохнула:
– Фуу… как же я весь перелёт про…спала…
К горлу подступила дурнота. Рот наполнялся сладковатой слюной, сглатывать её было тошно, и я вновь закрыла глаза. «Дрыхнуть надо меньше!» – промелькнуло раздражение на себя… и словно сквозь вату пробился тревожный голос Серёжи:
– Плохо? Маленькая… бледная вся… ну-ка, иди ко мне…
Он хотел приподнять меня, я шевельнула рукой в отрицающем жесте и, стараясь дышать поверхностно, расслабилась до состояния киселя. Медленно-медленно, но тошнота отступала, я сглотнула слюну и попробовала дышать глубже.
Наконец, самолёт тряхнуло при соприкосновении с полосой. Уши мои ещё были заложены, но я открыла глаза и сделала попытку улыбнуться. Серёжа расстегнул ремни безопасности и перенёс меня к себе на колени.
Нас встретили. Из аэропорта мы ехали на машине премиум-класса. Погладив матовую кожу сиденья, я поинтересовалась:
– Как ты это организовал?
– Что?
– Встречу.
– Это Пашкина обязанность. Он должен был найти хорошего юриста, найти жильё, ну и встречу организовать.
– А юриста зачем?
Сергей удивлённо спросил:
– Ты разводиться собираешься?
– Я об этом даже не подумала, – буркнула я и набрала номер телефона мамы. – Мам, не разбудила? Доброе утро! Мы прилетели.
– Ох, Лида. Здравствуй. Хорошо, что прилетела! – и она заплакала.
– Мам, чего ты? Что ещё случилось?
– Да это я так. Хорошо, что вернулась!
– Мы ближе к вечеру приедем, может, часам к четырём. Хорошо? Сейчас пока устроимся.
– Куда устроимся? – голос её окреп. – У тебя квартира своя есть.
– Мама, а Костя что, съехал?
– Нет. Я не знаю. – Она помолчала. – Ко мне приезжайте. Поместимся.
– Мам, мы часам к четырём приедем. Ты только ничего не готовь, не суетись. Хорошо?
– Хорошо.
– Тогда до встречи.
Уронив затылок на плечо Серёжи, я уставилась в окно машины.
«Ещё одно потрясение. Маме семьдесят девять. Отец умер, она трудно привыкала к одиночеству. Потом Настя ушла. К потере внучки добавился страх за меня. Я боль в себе держала, не делилась. Думала, так лучше для них, быстрее успокоятся, зачем всё время рану бередить? Плакать при них себе не позволяла, выла, когда одна дома была. Много позже поняла – моё молчание ей очень тяжело давалось. Через три года после ухода Насти, я решила – надо жить, и маме стало легче. А теперь вот новое переживание. Костя ей очень нравится».
Сергей крутил головой по сторонам.
– Ты когда в последний раз был в Алма-Ате?
– Когда с тобой простился. Даже не верится, что это тот же город.
– Ты здесь родился?
Он кивнул. Движение автомобиля было замедленным, на дороге было слишком много машин. Я вновь умолкла, давая Сергею возможность без помех знакомиться с новым обликом города.
Минут через сорок, мы выехали на трассу, ведущую на Чимбулак. Шум города и вонь выхлопных газов остались позади, с обеих сторон от дороги открывался величественный горный пейзаж – вначале голый, испещрённый трещинами скальник с осыпью к самой дороге, потом на склонах стали встречаться ёлки, то простенькие, невысокие, редколапистые, а то дородные столетние великанши, пронзающие макушками глубокую синеву неба. Ёлок на склонах становилось больше, а вдоль дороги появились сосны.
Я засмеялась.
– Чего ты? – спросил Сергей.
– Красиво, Серёжа! Чудо, как красиво!
У одного из домов водитель остановился и посигналил. Через мгновение ворота распахнулись, и машина въехала во двор. Там нас встречала женщина лет сорока в накинутой на плечи овчиной безрукавке. Она улыбнулась, и на щеках её с каждой стороны появилось по ямочке.
– Здравствуйте! Добро пожаловать! Как доехали?
– Здравствуйте. – Я шагнула к ней и протянула руку. Она смутилась и, несмело приняв её, чуть ответила на моё пожатие. – Спасибо, всё хорошо. Я Лида. А вы наша хозяйка?
– Даа. Заходите. – Женщина повернулась к дому, поднялась на первую ступеньку крыльца и вновь повернулась ко мне, подтверждая ещё раз: – Даа. Я хозяйка. – Она поднялась ещё на одну ступеньку и опять повернулась ко мне. – Акмарал меня зовут.
А на следующей ступеньке она снова остановилась и снова что-то сказала, уже не помню что, и на следующей. Водитель тем временем, открыв багажник, ждал, чтобы внести чемоданы в дом. Он что-то негромко сказал по-казахски, Сергей улыбнулся, а Акмарал, взмахнув руками, заторопилась.
– Заходите. Мы ждём вас!
