В посольские покои я вернулся изрядно отяжелевшим после обильной и жирной пищи и понял, что никакого конструктивного диалога с Энном прямо сейчас не получится: глаза закрывались сами собой. Добравшись до «своей» спальни, прилёг буквально на полчасика, но продрых беспробудно, как оказалось, все четыре.
После сна освежившись среди золотого пафоса, всё ещё поражающего меня, я оделся по-походному и вышел в общие залы, где, к своему удивлению, учуял аромат ко: уже вовсю бодрствующий брат попивал его, сидя за одним из столиков и переписываясь по связь-камню. Вид Его Высочество имел серьёзный и сосредоточенный. Молча налив себе ароматного чернейшего напитка в несколько непривычную для этих целей пиалу, я присел на пуф и стал наслаждаться возрастающей бодростью и приятным нетерпением, охватывающим и меня, и Таора.
Пяток минут спустя тёмный принц закончил переписку и воззрился на меня. Я тут же обратился к нему:
— О брат мой, покуда время есть, давай же обратим умы свои на сложные плетенья чар, что нам нырнуть позволят безопасно, — тут я заметил поднимающуюся бровь венценосного тёмного и понял, что заговорил на наречии Вольной Степи, да ещё и копируя слог мудрейшей Халиун. — Кх-м, прости, — вернулся я на язык Подземья. — Короче, я уверен, что, пользуясь твоим подходом, мы сможем купол-блокиратор приспособить для глубоководного погружения.
— Да, это так, о брат мой, — подтвердил Энн. — Скоро подойдёт Эна, мы всё обсудим и спроектируем. И, да, — добавил он после небольшой паузы, — отцу нашему можешь сегодня не писать: я сам изложил ему всё произошедшее максимально подробно.
— Благодарю, Энн, — с кивком ответил я. — Принесу пергаменты и стилосы.
Возвратясь с необходимым после пары минут поисков в своих тюках и сундучках, обнаружил уже пришедшую Эну, вернувшуюся к привычным одеждам тёмных. Увидев меня, сестра тут же сказала:
— О брат мой Таор, знай, что сегодня я ни под каким предлогом не буду оформлять наши идеи в академическом виде!
— Конечно-конечно, — поспешил согласиться я. — Даже и в мыслях такого не было!
На что тёмная принцесса ничего не ответила, лишь посмотрела на меня с подозрительным прищуром, а я подумал: «Вот же сейчас самой Эне наверняка “весело” — ехала на помолвку-обручение, а приходится мир спасать “вот прям ща”… Эх, ладно, выключаем эмоции, включаем логику».
А затем мы разложили перед собой листы и пустились в теоретизирования и проектирование купола-батискафа, который как-то сам собой быстро обрёл имя собственное — конечно же «Немо».
Умы скрипом своим вторили стилосам, пергаменты покрывались вязями и летящими пояснениями, в воздухе то и дело визуализировались фрагменты плетений и их сопряжений, слышались дружеские подколки и шутки из разряда: «А не долбанёт?.. Да не должно!» И таким вот образом всего за каких-то три часа мы втроём — на самом деле вшестером — создали сложную вязь водонепроницаемого купола, миниатюрный вариант которого даже протестировали.
Когда наша довольная компания, окончательно отшлифовав мельчайшие детали магического батискафа, молча допивала очередной кувшин ко, в двери несколько дробно и замысловато постучали. После ответного «Да» от тёмного принца створки распахнулись, и вошли Яст-Мелхий и Бургас. Одарив нас синхронными уважительными кивками, они заговорили дуэтом:
— О Дети Тьмы из Древнейшего Дома, приготовленья все завершены, и мы рады будем вас доставить к средине Тов-Нуур.
— Благодарим мы вас, о сыновья Вождей из Клана Золотой Кошмы, — ответил им Энн. — Потребны нам лишь парочка минут для завершенья сборов.
— Да будет так, — вновь кивнули оборотни.
Поднявшись ещё при появлении монарших близнецов, мы с братом тут же отправились в наши спальни. Сборы действительно на заняли много времени, ведь самое необходимое для пешего путешествия — а на пантерах мы проедемся лишь до лодки — было упаковано загодя.
Взвалив на плечи объёмный рюкзак и подтянув лямки, я тут же осознал, что, пожалуй, подтупливаю — есть же слуги. Так и вышло — в общем зале дожидались молчаливые салхины-служители, подхватившие поклажу и проследовавшие за нами до самого двора Юрты Вождей, где и погрузили рюкзаки на осёдланных кошек.
Тепло попрощавшись с Вождями и их супругой, вышедшими проводить нас, мы и близнецы-оборотни вскочили в сёдла и пустили скакунов шагом, спускаясь с холма к центру набережной.
Я ехал и думал: «Вот оно — бремя высокого статуса! Тут пешком минут десять, ну пятнадцать — это если по сторонам глазеть, благо есть на что — последняя летняя ночь отмечается с размахом! Но нет, садись на коня — а в нашем случае на пантеру — и держи марку, фасон и прочие атрибуты власти».
