– Платье шили несколько месяцев, – не без гордости заметила королева. Она выудила из недр своего фантастического наряда кошелек, достала оттуда небольшой стеклянный флакон и добавила несколько капель в вино. – Полагаю, до следующего маскарада моим подданным будет о чем поговорить. А мы пока развлечемся по-королевски?
– Кэт, – возмутился Бон, – скажи, что это не то, о чем я думаю.
Теона отчаянно пыталась понять, о чем идет речь.
– Ой, Бонбон, не будь занудой, не порть такой прекрасный вечер, – начала канючить она, – это всего лишь успокоительное.
– Правда?! – уточнил Бон тоном строгого родителя.
– Ты думаешь, я все это могу вынести только на силе королевской крови? – закатила глаза девушка и осушила свой бокал одним большим глотком. – Подайте еще вина! – крикнула она лакею.
Перед королевой тут же появился свежий напиток.
– Ну что, Лисенок, как тебе наш маскарад? – спросила она, вновь залпом выпивая содержимое.
– Прекрасный маскарад, я впервые участвую в подобном, – честно признался Вик.
Пока он говорил, в руках Катарины незаметно оказался третий бокал вина, шустро принесенный услужливым лакеем.
– Возможно, стоит сделать паузу, – сказал Рыцарь, потянувшись, чтобы забрать у нее новую порцию. Но она лишь возмущенно отдернула руку, и вино выплеснулось через край, заливая алым ее пышный наряд.
– Что ты наделал! – закричала на Вика королева, вскакивая с места.
Люди за соседними столиками начали оборачиваться.
– Тебе это не нужно, – полушепотом сказал Бон, пытаясь ее успокоить.
– Я сама решу, что мне нужно. Бонбон, если вы приехали, чтобы меня контролировать, то можете убираться обратно. Королева тут я! – Она попыталась уйти, но не удержалась на ногах и рухнула прямо на Теону. – Ой, прости, дорогая, – хихикнула Кэт, поправляя лжекорону на голове девушки, которая сползла куда-то к уху.
– Ваше величество, – сказал Вик, помогая ей подняться, – кажется, вам надо на воздух?
– Ой, какой вежливый лисенок, – начала кривляться Кэт, – тогда уж называй меня Катарина Еухения Анна Карафа, демонова королева Гридича, – сказала она еще громче, всплескивая руками.
Виктор тяжело вздохнул.
– Думаю, мне не стоит повторять все это, чтобы тебя не нервировать. Пойдем, тут душно.
– Душно оттого, какие вы все снобы! – продолжала огрызаться Катарина.
– Пусть будет так, но подышать тебе просто необходимо.
Катарина удивленно взглянула на парня и, слегка пристыженно опустив глаза, последовала за ним.
– Что с ней? – спросила Теона, когда Кэт и Вик покинули комнату.
Бон снял с лица маску и провел по уставшему лицу рукой.
– Это обратная сторона ее таланта. Одержимые люди, такие как Кэт, постоянно ищут новые ощущения, проверяют свое тело на прочность, чтобы выйти за рамки и сотворить что-то уникальное. Сейчас она просто пьяна, но, Святые Великие, чего эта девушка только на пробовала в своей жизни: она прыгала через огонь, ходила по битым стеклам, а однажды в замке целый год жила гадалка, и Кэт не делала и шагу без ее совета и одобрения.
– Но…
– Просто ее внутренний мир такой объемный, что иногда она как будто сходит с ума, пытаясь в нем ужиться. И тогда начинается ее гонка со временем и попытки успеть, попробовать и испытать все на свете. Ее таланты невозможно отрицать, но в комплекте с ними она получила эмоциональную нестабильность, взрывной характер и чрезмерную требовательность к себе и к миру. Ей хочется всего, сейчас, немедленно…
– Мы как-то можем ей помочь?
– Помочь можно лишь тому, кто признает, что помощь ему нужна. Пойдем за ними, – сказал Бон, отодвигая стул. – Виктор, конечно, силен, но даже он в одиночку может не справиться с этим фениксом.
Бон пытался не показывать Теоне, как он волнуется за Катарину. Они прибыли сюда проверить, не добрались ли псы или змеи Мортела до ее души, но пока на сцене бесновались лишь давно знакомые ему демоны. Годы, проведенные рядом с Кэт, подарили ему не только радость их близкой дружбы, но и постоянный страх того, в какой омут ее может затянуть на следующий день.
Улицы Романо были заполнены людьми в самых невероятных костюмах. Обычно готовиться к маскараду начинали чуть ли не за полгода. Платья шили у лучших портних, а маски делали специальные мастера, к которым стояла очередь. Хохот, громкие разговоры, песни летали над захмелевшей толпой, неспешно перемещающейся по набережным и плывущей на изящных вытянутых лодочках по каналам.
Бон с Теоной то и дело оглядывались, пытаясь разглядеть высокую фигуру Вика, но людской калейдоскоп создавал столь пеструю картину, что даже такого гиганта, как Вик, найти было непросто.
– Вот он! – крикнула Теона, указывая на одиноко стоявшего Виктора на другом берегу реки.
Бон кинулся к ближайшему мосту, Теона подобрала юбку и последовала за ним. Пробираясь сквозь толпу горожан, каждый из которых норовил завести разговор и поздравить с праздником, Бон остро чувствовал, что что-то идет не так. Святые Великие, как будто на набережной столицы собралась вся страна!
– Где Кэт? – спросил Бон без прелюдий, едва они с Теоной добрались до Вика.
– Она молится.
– Что? – вытаращил на него глаза король.
