– Я предупредила Валентина о том, что происходит, он все расскажет Муне и Орсону. Но Великие больше не могут приходить сюда. Их время в нашем мире теперь исчисляется минутами… Значит, мы должны справиться сами, и мы это сделаем! – убежденно воскликнула Вероника, поднимаясь со стула. – В конце концо, в я – Хрустальная леди, и я получу свой орден с сапфирами, и никакой Мортел не помешает мне это сделать.
Бон слабо улыбнулся в ответ. Она отплатила ему его же монетой. Как бы там ни было, его окружали лучшие люди на свете, и он не собирался никого из них потерять.
– Да, и еще, я забыла сказать… – Вероника потупила взгляд. – С минуты на минуту прибудет твоя бабушка…
– Бабушка?
Бон не видел бабушку несколько лет, с тех пор как еще до учебы в Гридиче навещал ее в Озерном дворце.
– После того как Озерный дворец затопило, она со своим двором выдвинулась сюда.
– Бабушка… ну, что сказать… для полноты безумия картины сегодняшнего дня бабушка приезжает как раз вовремя.
– Нам нужно срочно отправить войско сюда и сюда. – Леонида двигала фигурки на карте королевства. – Мы не знаем, насколько быстро они могут достичь границ города, но нам надо оставить часть армии вблизи столицы, чтобы в случае нападения защитить ее.
– Конницу лучше расположить здесь, – добавила на карту фигурку Вероника, устанавливая ее на широкое поле, отделяющее Ириз от горной цепи.
– Согласна, – одобрила ее выбор Леонида.
Бон наблюдал за тем, как они гоняют деревянных лошадок по карте, будто бы так же легко будет за секунду перебросить целую армию. Тем более в такую погоду. Хотя армия – слишком громкое слово. Риат никогда не боялся нападений, поэтому не держал большого количества солдат, чем сейчас рисковал поплатиться.
– Как думаете, Муна сможет создать порталы для армий Гридича и Дарэна? – спросил Виктор.
– Нам остается только надеяться на это, как и на то, что Катарина и Буль-Кир смогут привести хоть кого-то.
– Давайте пока рассчитывать на свои силы, – вернула всех к реальности Леонида, – если союзники явятся, это станет отличной поддержкой, но лучше действовать по обстоятельствам.
Звон колокола заставил всех собравшихся вздрогнуть и подойти к окнам. В зал для совещаний снова влетел главнокомандующий.
– Ваше величество, мертвые приближаются к городским стенам, и с ними кто-то еще.
– О ком ты говоришь? – встревоженно спросил Бон.
– Мы не знаем. Но ветер вырывает деревья, будто расчищая им дорогу. Еще чуть-чуть – и враги окажутся у Бора Мертвых.
– Конницу за границы города, – отдал распоряжение Бон, – число лучников на стенах увеличить вдвое. Отряды ко всем воротам. Закрыть входы.
– Будет исполнено, ваше величество, – отчеканил главнокомандующий и выбежал из залы.
Бон слегка растерянно повернулся к остальным.
– А где Теона?
– Я здесь, – сказала из угла комнаты девушка, облаченная в мужской костюм, поверх которого были надеты серебряные щитки, напоминающие те, что носил Орсон. Рядом с ней стоял Валентин.
– Никс, скорее, – позвал он Веронику, – я не знаю, сколько у меня времени, но я не могу отправить тебя сражаться без поцелуя.
– Вал, – закатила глаза Видящая, но спорить не стала. Она подбежала к Великому Белому и нырнула в его объятия. Он поцеловал ее так страстно, что всем стало неловко и захотелось отвести взгляды, оставляя их наедине.
На краю неизвестности, перед битвой, которую им, вероятно, не выиграть, ничто не имело большего значения, чем любовь. Возможно, это были их последние часы вместе. Но каждого из присутствующих в зале успокаивала мысль, что им есть ради чего и ради кого сражаться.
Наконец оторвавшись от губ возлюбленной, Валентин сказал Теоне:
– Кажется, сработало, я не падаю без сил и дышу.
– Что сработало? – спросила Вероника.
– Эксперименты со смертностью… – растерянно ответил он, рассматривая свои руки.
– О чем ты?
– Белка и Муна кое-что придумали.
– Если ты можешь оставаться в мире людей, тогда пожени нас! Сейчас! – прервала его Теона.
– Что? – Бон не верил своим ушам.
– Что? – в унисон спросили Вероника, Леонида и Вик.
– Я же вам говорил, она у нас отчаянная, – засмеялся Валентин.
Теона повернулась к Бону.
– Мы же все решили за завтраком? Я не хочу тянуть. Я не знаю, чем кончится этот день, но я точно знаю, что жить или умереть я хочу, будучи твоей женой.
Бон не мог поверить, что все это происходит на самом деле. Он готовился к королевскому торжеству, рисуя в мечтах Теону в прекрасном белом платье посреди утопающего в цветах жасминового сада…
– Ты передумал? – вздернула бровь девушка.
– Конечно нет, – поспешил успокоить ее король, – но ты уверена, что хочешь именно такую свадьбу?
– Я уверена, что мне хватит только тебя.
– Тогда поехали! – взметнул руки вверх Белый, радостно улыбаясь. – У вас пять минут на сборы, я метнусь за Орсоном и вернусь.
Валентин исчез, и в зале повисла тишина. Присутствующие застыли в изумлении, не понимая, что им делать.
