После перевала Тахта-Карача начался плавный спуск в плодородную долину реки Кашкадарьи. Через несколько часов мальчик увидел крепостные стены. У шедших по дороге дервишей он узнал, что это были стены крепости Китаб. Город Шахрисябз находился немного дальше. Наконец показались роскошные сады, окружавшие Шахрисябз, и очертания высоких башен Ак-Сарая, дворца Амира Тимура.
Еркин решил остановиться в караван-сарае. У него теперь было достаточно денег, которые он заработал на представлениях с манулом на бухарских базарах. Владелец караван-сарая долго и с подозрением осматривал Еркина, когда мальчик расплачивался за ночлег.
Как только измученный Еркин погрузился в дремоту, в его комнату вошел гость — босой дервиш в дырявом халате, в высокой мохнатой шапке на голове, с деревянным сучковатым посохом и подвязанным к поясу кувшином, изготовленным из тыквы. Он был необыкновенно худым и высоким. Длинные черные, как смоль, волосы всклокочены. Лицо с выразительными чертами было очень смуглым. В выражении лица проскальзывало то ли безумие, то ли абсолютная отрешенность от жизни. Дервиш улыбался Еркину во весь свой почти полностью беззубый рот.
— Ас-саляму алейкум, — пропел дервиш.
— Ва-алейкум ас-салям, — ответил обескураженный мальчик. — Присаживайтесь, пожалуйста, на ковер, — пробормотал Еркин.
По законам восточного гостеприимства он протянул дервишу подушку и достал из мешка оставшуюся провизию. Дервиш с жадностью набросился на еду. После трапезы он удалился на некоторое время, а потом вернулся с ароматным горячим чаем.
— Как вас зовут? — поинтересовался Еркин.
— Мое имя — Ирфан. Я путешествую с юности и знаю все караванные пути от Хивинского ханства до Бухары, от Бухары до Кокандского ханства, а оттуда до Герата и Кабула.
— А знаете ли дорогу в Карши? — спросил Еркин.
— Так же хорошо, как свой кувшин для податей, — засмеялся дервиш. А потом затянул долгую заунывную песню на фарси.
Еркин задумался: «Полубезумный дервиш. Случайность ли это, что он зашел ко мне?» После гибели эфенди подозрительность закралась в душу мальчика.
Тем не менее, Еркин решил рискнуть и спросил дервиша, не хотел бы тот поехать с ним в Карши.
Не раздумывая, дервиш согласился.
— Мне надо еще послать сообщение в Бухару. Знаете ли вы, как это сделать? — спросил Еркин.
— Нет ничего проще, — стал объяснять дервиш, — надо разыскать купца, отправляющегося в Бухару. Найдешь его здесь же, в караван-сарае.
Еркин так и сделал. Написал Амире, что эфенди убит в шахрисябзских горах. И решил, ничего больше ей не сообщать.
Когда стемнело, мальчик отправился к конюшням. Он подошел к Арслану, который до сих пор отказывался пить и есть, и стал умолять лошадь не губить себя.
— Эфенди смотрит на тебя с небес и его сердце разрывается от боли, от того что его любимый конь не хочет больше жить.
Аргамак внимательно посмотрел на Еркина большими выразительными глазами, а потом отвернул голову.
Тогда Еркин разбудил манула, взял домбру и снова пришел к Арслану. Мальчик заиграл на домбре, попросив манула танцевать.
Аргамак с любопытством наблюдал представление. После он выразил Еркину следующее:
— Маленький человек, возможно, танец забавляет людей, но не нас, лошадей. Однако я удивлен, что ты способен понимать животных. Что ж, поведаю тебе о событиях того страшного дня. Мой господин поехал в горное селение. Там у большого шатра его встретило несколько человек. Они долго угощали моего господина разными яствами, а потом набросились на него. Он яростно защищался и ранил нескольких из них. Потом вскочил на меня, и мы понеслись обратно к пещере, пока его тело не стало холодным. Не знаю, кто эти люди, которые лишили жизни моего господина. Если тебе дано понимать животных, возможно, также сможешь найти убийц. Я всегда буду помнить их зло. Так что позволю тебе скакать на мне верхом и буду твоим слугой, пока ты не найдешь злодеев и не отомстишь за моего господина, к которому я привязался с самого детства.
— О прекрасный Арслан, обещаю, что сделаю всё, что в моих силах, чтобы разыскать убийц, — пылко ответил Еркин великолепному коню.
Ранним утром Еркин отыскал дервиша Ирфана.
— Буду очень вам благодарен, если сопроводите меня до Карши. У меня есть деньги и провизия, так что вы всегда будете сыты в пути. Я поеду на серебристом аргамаке, а вам предоставлю буланого.
— О маленький кочевник, где же видано, чтобы дервиш ехал на такой дорогой лошади! Продай буланого аргамака и купи ослика, и тогда с удовольствием отправлюсь с тобой в путь.
Еркин задумался. Дервиш знал дорогу в Карши и к тому же соглашался сопровождать его. Если мальчик продаст аргамака, то сможет еще и выручить достаточно тенге[10], которых хватит на возвращение в родные северные степи.
— Хорошо, — наконец произнес Еркин. — Если таково ваше желание, то предоставлю вам осла. Знайте только, что перед поездкой в Карши мне надо будет посетить шахрисябзские горы.
— О маленький батыр, — произнес Ирфан. — Нет ничего слаще путешествия! С удовольствием сопровожу тебя и до шахрисябзских гор.
На том они и договорились.
