Несколько мгновений охотники молча стояли на берегу, смотря на расходившиеся по воде круги. Все было тихо, только поднимавшиеся в одном месте пузырьки показывали, что Ассовум деятельно роется в тине дна. Еще через томительно долгое время на поверхности вдруг показалась черная голова индейца. Он вынырнул, отдышался и поплыл к берегу, где стояли охотники, не выпуская из рук сплетенной им веревки.
Охотники с напряженным вниманием смотрели на подплывающего индейца.
- Ну, что? - не утерпел Робертс. - Нашел ты что-нибудь?
- Я его нашел было на дне, но тут меня стало сносить течением. Принесите-ка мне камень, - сказал Ассовум, в совершенном изнеможении опускаясь на траву, - я страшно устал, мне надо собраться с силами.
- Разве ты думаешь опять отправиться за утопленником? - удивленно спросил Гарпер, пораженный мужеством краснокожего.
Пока Гарфорд бегал за камнями, в изобилии валявшимися на берегу, индеец отдохнул. Вскоре купец вернулся с громадным булыжником и передал его Куртису, который крепко обвязал его веревкой.
- Ну, все готово, храбрый товарищ, - сказал он, передавая веревку с камнем индейцу, - берите это в левую руку и спускайтесь на дно. Когда вам понадобится подняться, выпустите только камень из рук - вот и все.
Но индейцу не нужно было ничего объяснять. Он молча поднялся, передал один конец веревки Куртису, а другой, с крючком, осторожно взял в руки, спустился к реке и нырнул. На этот раз он гораздо дольше не выплывал на поверхность, благодаря захваченному с собой камню он мог тщательнее исследовать дно. Наконец веревка натянулась, показались пузырьки, а вскоре всплыла и голова Ассовума. Его лицо было мертвенно-бледно, глаза страшно выпучились, словно хотели выскочить из орбит. По всему было видно, что индеец нашел на дне реки что-то страшное. Он с усилием переводил дыхание, медленно подплывая к берегу.
- Веревка натянулась! - закричал Куртис, державший конец ее. - Несомненно, Ассовум нашел труп!
Пока индеец, выбравшись на берег, отдыхал, охотники общими усилиями тащили веревку. Наконец на поверхности воды показалось тело, зацепленное крючком за одежду. Индеец, не медля ни минуты, схватил его за плечи и вытащил на берег. Все бросились к трупу, ничком лежавшему на земле, и с замиранием сердца смотрели, пока индеец переворачивал его на спину. Едва он успел это сделать, как у них вырвался общий крик изумления.
- Да это Гитзкот!
Несколько минут прошли в совершенном молчании. Охотники, пораженные страшным зрелищем, не трогались с места. Труп несчастного предводителя Регуляторов представлял действительно ужасную картину. Живот был распорот и набит землей и камнями. На лбу зияла большая черная рана, а небольшое отверстие в груди показывало, что здесь засела пуля.
Робертс, первым оправившись от изумления, склонился к мертвецу, осмотрел рану повнимательнее и спросил Гарпера:
- Какого калибра карабин Брауна? - Вопрос этот он задал несколько нерешительным тоном, колеблясь произнести имя племянника при дяде и трупе Гитзкота.
- Шестнадцатого! - быстро отвечал Гарпер.
- Посмотрите, - сказал Куртис, тоже наклоняясь к трупу и, видимо, поняв подозрение Робертса. - Рана от пули шестнадцатого калибра.
- Что ж из этого! Уж не предполагаете ли вы, что мой племянник виновен в этом преступлении? - возмущенно произнес Гарпер, обращаясь к окружающим.
- Виновен ли в этом преступлении Браун? - повторил вопрос старика Куртис. - Конечно, нет! Ни один судья во всем Арканзасе не посмеет обвинить его в этом. Все ведь прекрасно слышали, как Гитзкот грозился при первом удобном случае убить Брауна. Что ж мудреного, что ваш племянник позаботился отправить на тот свет его самого? Будь я на его месте, я сделал бы то же самое. Жаль только, что погиб совершенно здоровый молодой парень, который бы мог быть полезен и себе, и другим. А впрочем, не тем будь помянут покойник, он был страшный негодяй, которому доставляло величайшее наслаждение ссориться, драться и грозить всем, кто ему приходился не по нраву. С подобными личностями одна расправа - пуля в лоб, и баста! Только я одного понять не могу: зачем было убийце Гитзкота распарывать ему живот, набивать землей и бросать в воду? Не проще ли было оставить его прямо на съедение хищным птицам? Смотрите, ведь орлы так и кружатся над нами, и если мы не приберем куда-нибудь труп, то они живо справятся с ним. Как вы думаете, друзья, что нам делать с ним?
- По-моему, - отозвался Робертс, - уносить отсюда труп или вообще трогать его не следует. Пусть он останется там, где его вытащили, как улика. Прикроем его только ветвями и камнями, а сами отправимся заявить о нашей находке в город. Судья пошлет тогда на место преступления констебля, который уж и приберет труп. Ба, Гарфорд! - закричал вдруг фермер, увидев, что купец внимательно осматривает все складки кожаной блузы, которая была на Гитзкоте. - Что вы там делаете?
