- У этого человека, - серьезно произнес тот, покончив со своими поисками и поднимаясь с колен, - в кармане вот этой самой блузы находилось четыреста семьдесят долларов. Я сам это видел вчера. Выпасть деньги не могли, так как карман наглухо застегивается. Смотрите, он выворочен и денег как не бывало!
- Так вы осмеливаетесь подозревать, что мой племянник вор? - бешено закричал Гарпер, выхватывая из-за пояса нож и бросаясь на обидчика. - Посмейте еще раз повторить ваше гнусное обвинение!
Старик, допускавший возможность убийства Гитзкота племянником, не мог позволить заподозрить его дорогого Вильяма в воровстве.
- Постойте, - вмешался Робертс, удерживая рассвирепевшего Гарпера за руку. - Никто не подумал обвинить вашего племянника в воровстве. Многое позволяет нам думать, что Браун - виновник смерти Гитзкота, но нет ни одного повода приписать ему второе преступление. К тому же все мы уже хорошо видели, что здесь орудовали два человека.
- Так кто же этот второй?
- Этого мы не знаем. Мы нашли только следы двух человек, один из них был в сапогах, другой в башмаках. Весьма вероятно, что Браун отомстил Гитзкоту, убив его, а другой, воспользовавшись удобным случаем, обобрал труп.
- При Брауне этот другой не посмел бы сделать подобной вещи. Племянник не допустил бы этого! - возразил Гарпер.
- Несомненно, - подтвердил Робертс, - он бы не допустил ничего подобного, если бы увидал, что хотят обобрать труп. Однако, как бы там ни было, в кармане у Гитзкота, я знаю, находилась порядочная сумма денег, подозревать же племянника Гарпера в воровстве, повторяю еще раз, невозможно. Стало быть, ее взял тот, кто помогал ему в деле мщения. Кто он? Никто из нас сказать этого не может.
- О, как все это ужасно! - воскликнул Гарпер, садясь рядом с Ассовумом, расположившимся у подножия раскидистого дерева. Индеец, за все это время не проронивший ни слова, сидел, мрачно задумавшись, опустив голову на скрещенные руки.
- Что ж, господа, - сказал Куртис, - торчать тут, по соседству с трупом, едва ли кому-нибудь приятно. Примемся-ка за дело, да и домой!
С этими словами он стал собирать на земле кучи ветвей, чтобы завалить ими труп убитого.
- Вы правы, Куртис, - сказал Робертс, также принимаясь забрасывать мертвеца громадными сучьями, упавшими со стоявшего неподалеку гиганта дерева. - Еще несколько таких ветвей, и хищным птицам не подобраться к трупу; ну а волки бродят только по ночам.
Работа Робертса и Куртиса скоро была окончена. Они подошли к Гарперу, Ассовуму и Гарфорду, остававшимся молчаливыми и безучастными свидетелями их печальной работы. Видя, что все уже кончено, охотники направились к лошадям. Гарпер молча поплелся сзади. Дядя как-то осунулся, лицо побледнело. Правда, никто не посмел бы укорить его или его племянника в убийстве, но ведь могло возникнуть подозрение, не убил ли Браун Гитзкота внезапно, из-за угла. Эта-то мысль и беспокоила справедливого охотника, и он, понуря голову, машинально шел за своими товарищами. Так же машинально уселся он на лошадь, предоставив ей полную свободу идти, куца хочет. Гарпер не заметил, что Ассовум, сидевший с ним рядом под деревом, даже не пошевелился и не пошел вместе с белыми.
Пока охотники садились на лошадей и один за другим скрывались за деревьями, Ассовум неподвижно сидел под деревом, устремив глаза в землю, но как только замолк топот копыт лошадей его белых товарищей, индеец поднялся и снова начал внимательно исследовать место кровавой сцены. Ножом, висевшим у него за поясом, он измерил и отметил на рукоятке томагавка длину и ширину найденных следов. Наконец, убедившись, что он сделал все, что только возможно, осмотрев все до мельчайших подробностей и все запомнив, краснокожий перекинул поудобнее за плечи свой карабин, бросил последний взгляд на труп Регулятора, прикрытый ветвями, и скрылся в чаще леса, по направлению, совершенно противоположному тому, куда направились белые охотники.
В то самое утро, когда охотники, случайно натолкнувшиеся на следы загадочного убийства, вытащили из реки тело Гитзкота, в лесу, где происходило описанное в первой главе свидание четырех подозрительных личностей, мы находим опять тех же бандитов.
Первыми прибыли Коттон и Уэстон, а вскоре к ним присоединились и Роусон с Джонсоном. Ранее прибывшие приветствовали последних громкими, радостными воплями.
- Замолчите! - закричал взбешенный Роусон. - Вы не на большой дороге! Нужно позаботиться о том, чтобы нас никто не услыхал!
- Вот тебе на! - беспечно отозвался Уэстон. - Да что ж тут странного, если кто-нибудь, услыхав нас, и увидел бы собравшихся здесь четырех джентльменов?
- Вам-то это, может быть, и все равно, - возразил Роусон, - но моя будущая теща - женщина благочестивая, и ей едва ли было бы приятно узнать, что ее зять имеет какие бы то ни было сношения с таким сортом людей!
- Так это, значит, правда, что говорят о вашем безрассудном намерении жениться на дочери Робертса? - осведомился Котгон. - Я, право, не мог поверить этому известию.
