- Да, нам порядочно-таки пришлось повозиться с ними сначала! - сказал Роусон. - Но они скоро присмирели.
- Вот, я думаю, взбесился Гарфильд! - воскликнул
Котгон. - Такой массовой кражи лошадей еще ни у кого не было!
- И вдобавок главой всего предприятия был благочестивый отец Роусон! - подхватил Уэстон.
- Кстати, Роусон, о чем вы думаете читать завтра проповедь? Я бы многим рискнул, чтобы послушать вашу завтрашнюю слезоточивую речь.
- Черт меня дернул назначить проповедь на завтра! - сердился Роусон. - Отложить ее нельзя, а я чувствую, что не в состоянии завтра выдержать благочестия, я все время буду думать и тревожиться насчет…
- Украденных лошадей?
- Ну конечно! А тут изволь говорить своим слушателям разные поучения!
- Вернее, слушательницам, которых вы приводите в трепет своим благочестием! - насмешливо сказал Уэстон.
- Да, у Роусона вкус недурной! - согласился Коттон. - Завтра прелестная Алапага тоже придет восхищаться мудростью своего проповедника.
- Однако, друзья мои, пора в путь. Мне становится очень холодно, да и лошади, пожалуй, могут захворать, стоя так долго без движения в холодной воде.
- Все готово! - отозвался Коттон, закидывая веревку на лошадь. - Идемте!.. Впрочем, нет… посмотрите… что это такое? В лесу свет! Откуда он там взялся?
- Где? - испуганно спросил Роусон.
- Там, вон вправо, вероятно, в покинутой хижине!
- Ба, да в лесу что-то шевелится! - воскликнул Уэстон, зоркими глазами увидевший какое-то существо, притаившееся в кустах.
- Черт возьми! - воскликнул Котгон. - Нас выследили!
Негодяй в сопровождении Роусона стрелой бросился на берег. Минуту спустя оба они достигли леса, где притаилась жена Ассовума, следившая за всеми их движениями и слышавшая весь разговор.
- Алапага! - с нескрываемым волнением воскликнул Роусон, очутившись лицом к лицу с ней.
- Индианка! - прибавил пораженный и остолбеневший Коттон.
- Ты одна здесь? - поспешно спросил прерывающимся от волнения голосом методист. - Ты одна? А где теперь твой муж Ассовум?
Алапага, пораженная всем слышанным, не могла произнести ни слова. «Так этот человек, - проносилось у нее в голове, - отвративший ее от веры отцов, почти лишивший любви и уважения мужа, человек, которого она уважала больше всех, перед которым она благоговела, оказался самым гнусным, самым презренным вором и грабителем! И такому человеку она вверила свое чистое сердце и свои лучшие мечты!»
Алапага не вынесла потрясения: крупные слезы градом полились у нее из глаз.
- Лошади беспокойно топчутся, - сказал наконец Коттон. - Какого черта вам нужно от этой индианки?
- Оставьте меня с ней наедине! - прошипел Роусон, и дьявольская улыбка промелькнула у него на губах.
- С удовольствием! - отозвался Коттон. - Только не задерживайтесь долго.
- Отправляйтесь по реке с лошадьми до изгиба ее, там я вас встречу. Она делает благодаря этой излучине три мили крюку. По суше я приду раньше вас. Идите скорее и помогите Уэстону справиться с лошадьми.
- А что вы думаете сделать с этой женщиной?
- Что вас так беспокоит ее судьба? - пробормотал Роусон. - Если она расскажет, что слышала сегодня, меня повесят так же, как и…
- Делайте с ней, что хотите! - взорвался Коттон. - Только поторопитесь! Смотрите, вы будете отвечать, если мы попадемся!
- Уезжайте и оставьте меня одного! - нетерпеливо закричал Роусон.
Коттон повиновался и стал спускаться с крутого берега к реке, а через несколько секунд послышался плеск воды: лодки и лошади тронулись вперед, постепенно скрываясь в ночном мраке.
- Где ваш муж? - тихо спросил методист, наклоняясь к индианке.
Та ничего не отвечала.
- Где Ассовум? - настойчиво переспросил Роусон, хватая ее за руку.
Точно от укуса ядовитой змеи, вздрогнула Алапага и отпрыгнула назад. Она не могла больше сдерживаться и закричала, вне себя от негодования:
- Не смейте прикасаться ко мне! Вы - жалкий лжец, а не служитель великого Бога. Сам Сатана забрался вам в сердце. От вашего нечестивого дыхания вянут цветы и растения, и птицы прекращают свое пение. Ваше поведение приводит меня в ужас. Оставьте же меня, говорю вам!
- Скажете ли вы мне, где Ассовум? - со злостью прошипел Роусон. - Мне некогда ждать, говорите скорее!
- О, зачем здесь нет его! - с тоской воскликнула индианка. - Он сумел бы наказать вас, как вы того заслуживаете! Пусть Великий Дух приведет его сейчас же, тогда Ассовум отомстит за такое обращение со своей женой. Берегитесь встречи с ним! Только едва ли вы ее избегнете. Тогда наказание ждет вас, как только он возвратится.
- А когда он хотел вернуться? - спросил Роусон, хватаясь за револьвер.
- Он вернется очень скоро! - радостно воскликнула индианка. - Беда вам будет, если вы встретитесь с ним!
- А где он теперь?
- Вы дрожите от страха, презренный трус! Вы боитесь этой встречи.
- Где он сейчас? - проговорил Роусон.
- Мой муж пошел за своим молодым белым другом, убившим человека, желавшего нанести вам оскорбление! - с презрением отвечала неосторожная Алапага. - Что, вы опять дрожите от страха, несчастный лжец!
