Браун, не забывший подозрительного разговора своих собеседников, внимательно смотрел в щели. При виде вышедших из дома мужчин он еще более укрепился в подозрениях. Какое-то время он был в нерешительности. Как поступить? - думал он. Решиться ли немедленно попробовать накрыть их с поличным или ждать дальнейших событий? Однако благоразумие взяло верх, и, несмотря на сильное искушение, Браун остался на своем наблюдательном посту. Что мог сделать он один, без оружия, против двух сильных мужчин? В тоже время Браун решил, что Эллен не могла быть соучастницей таинственных операций ее приемного отца, иначе она не стала бы так откровенно рассказывать про посещения Коттона. По всей вероятности, думал молодой человек, этот негодяй Коттон скрывается где-нибудь поблизости, в какой-нибудь заброшенной хижине.
Перебирая в уме всех окрестных фермеров, у кого бы мог находиться Коттон, Браун становился в тупик: никто из них не мог оказывать гостеприимство этому мошеннику. Вильсон, живший неподалеку отсюда, уж ни в коем случае не мог быть их сообщником. Пельтер? Но тот тоже принадлежал к обществу Регуляторов. Джонсон? Может быть! Чем больше думал Браун, тем больше склонялся к мысли, что это именно Джонсон. Тем более что во время преследования конокрадов фермеры встретили по дороге Джонсона с какими-то лошадьми. Странно было еще то, что по словам Гарфильда, на северном берегу реки также были следы его лошадей, а на южном - других. Следовательно, раз других следов больше не было, между Коттоном и Джонсоном есть кое-что общее. Сомневаться в этом больше было нельзя.
Скучное ожидание и напряженное внимание сильно утомили Брауна, и так уже уставшего накануне. Он сначала боролся с дремотой, рассчитывая узнать еще что-нибудь, но сон все более и более овладевал им - и молодой человек, не выдержав, наконец рухнул в постель и крепко заснул.
Джонсон жил в маленькой, наскоро построенной, но уютной хижине, затерявшейся в самой чаще большого леса. Она стояла совершенно одиноко, авантюрист купил ее за бесценок у какого-то охотника и, плененный ее удобствами и красотой окружающей местности, поселился здесь, намереваясь заняться возделыванием земли. Он было уже приступил и к работе, но вскоре это ему надоело, и Джонсон ограничился тем, что отгородил только небольшой участок земли забором. Кроме того, он устроил еще небольшую конюшню для своей лошади. С тех пор в хижине из посторонних почти никто не бывал, сам хозяин постоянно находился в разъездах, и хижина была наглухо заперта. Лишь изредка сюда забредали какие-нибудь заблудившиеся в лесу охотники.
Непрерывная связь у него была только с Аткинсом: мулат-слуга, посвященный во все таинственные делишки своего хозяина, частенько ходил с различными поручениями с фермы в хижину и обратно.
Вечером того дня, когда происходили описанные выше события на ферме Аткинса, хижина, вопреки обыкновению, не была заперта. Внутри горел яркий огонь, над которым висел чугунный котелок, а возле сидели, мирно беседуя, Коттон и Джонсон. Изредка кто-нибудь из них поднимался, чтобы посмотреть, как идет стряпня.
- Ну, кажется, готово! - сказал Коттон. - Попробуйте, Джонсон, а то я опоздаю к Аткинсу!
- Не торопитесь-ка лучше, приятель! Если не дать воде как следует прокипеть, то получится такая бурда, которую и в рот-то противно взять. Вот теперь готово. Давайте ваш стакан!
- Как горячо! - воскликнул нетерпеливый Коттон, обжигая себе губы об оловянный стакан. - Из этой проклятой посудины нельзя ничего пить. Все губы обожжешь!
- Что делать! - хладнокровно ответил Джонсон. - Приходится довольствоваться тем, что есть. Откуда я вам наберу стеклянных стаканов или фарфоровых чашек? Э, да кого это Бог несет?
- Что? Кто-нибудь едет? - тревожно спросил Коттон, моментально вскакивая на лесенку, соединяющую верхний этаж с нижним.
- Полно, дружище, - успокоил его Джонсон, - бежать вовсе нет надобности. Это вдет Дэн, слуга Аткинса!
- Какого черта ему понадобилось? - сердито проворчал, возвращаясь на прежнее место, Коттон. - Надеюсь, не случилось ничего дурного?
- А вот сейчас узнаем! - произнес Джонсон, отворяя дверь мулату. - Что скажешь, Дэн?
- Хозяин велел передать, что масса Котгон должен остаться здесь, - сказал, кланяясь сидевшим, мулат. - К хозяину приехал масса Браун и остался у нас ночевать!
- Что за дьявол! - рассердился Коттон. - Что нужно этому Брауну от Аткинса? Он очень помешал!
- Масса Браун остановился у нас по дороге к Барилю, у которого на завтра назначено собрание Регуляторов! - ответил мулат, выплевывая без всяких церемоний прямо на пол табак.
- Собрание Регуляторов, говоришь ты? - переспросил Коттон. - О, черт бы побрал всех этих мерзавцев! Я дорого бы дал, если бы мне представилась возможность передушить их всех до единого своими руками. Ну да ладно! Будет и на нашей улице праздник! Уж покажу я им тогда!
- Не велел ли тебе хозяин передать еще что-нибудь? - спросил Джонсон.
- Нет, больше ничего, масса! Я думаю, впрочем, что завтра он сам сюда придет!
- Ну, так передай ему, что мы его ждем. Ступай!
