- Постойте, - взмолился самым смиренным голосом струсивший негодяй. - Я сам все скажу, я не буду запираться, надеюсь, что вы примете во внимание мое искрен-нее раскаяние в своих проступках и смягчите смертную казнь, совершив ее без всяких мучений. Я хочу…
- О подлец! - вскричал Джонсон. - Как позорно дрожать перед лицом этих мерзавцев!
- Если вы произнесете еще хоть слово, - обратился к нему председатель, - я раздроблю вам череп!
Затем было приступлено к перечислению совершенных Роусоном преступлений и предательств.
- Господа, - заявил вне себя от ужаса перед такими явными уликами Роусон. - Послушайте меня, ради Бога, я готов признаться…
- Я протестую против теперешнего суда над этим субъектом! - вмешался Уартон. - Если он чистосердечно сознается во всех преступлениях, вы должны представить его правительственному суду!
- Я вас предупреждал, - возразив Браун, - что этого не будет и что постановление суда непоколебимо и неотменимо!
- Отпустите меня на свободу! - кричал окончательно потерявшийся Роусон. - Я скажу вам, что делается на Миссисипи. Я открою вам…
- Замолчите, и я спасу вас! - прошептал ему на ухо Уартон.
Роусон с удивлением посмотрел в глаза своему защитнику, но лицо того оставалось бесстрастным и сдержанным.
Вместо того чтобы сделать преступнику какой-нибудь одобрительный знак, тот стал внимательно прислушиваться к начавшимся уже обсуждениям присяжных, отошедших в сторону.
Через несколько минут они вернулись обратно. Первым было произнесено определение относительно Аткинса:
- Единогласно признан виновным!
Услышав роковое решение, несчастный упал на землю и закрыл лицо руками.
- А Уэстон? - спросил Браун.
- Виновен!
- А Джонс?
- Виновен!
- Роусон?
- Виновен!
Таков был единогласный приговор присяжных. Преступники поникли головами и задрожали. Уэстон принялся было плакать и жаловаться, а Джонсон только лишь скрипнул зубами.
Тем временем Роусон, не обращая внимания на происходившее, следил только за Уартоном, обещавшим выручить его. Для преступника это был луч надежды, блеснувший в самый последний, страшный момент.
- Судом Линча вы все признаны виновными и приговариваетесь к повешению! - громко заявил Браун.
- Повесить их немедленно! - крикнуло несколько голосов из толпы. - Нечего с ними церемониться! На веревку их!
- Постойте! - выступил навстречу бросившейся на преступников толпе Браун. - Они все, правда, приговорены к смертной казни, но вина их неодинакова, поэтому и наказание должно быть неодинаковым. Не найдется ли среди вас кого-нибудь, кто сказал бы в их оправдание хоть слово?
- Я! - отозвался Вильсон, выступая вперед. - Ребенок Аткинса сегодня ночью скончался, а жена сильно больна. Кроме того, Аткинс собирался уехать в Техас, не отпустить ли его?
Аткинс с затаенной надеждой обвел глазами собрание. Гробовое молчание было ему ответом.
- Я подаю голос за помилование! - нарушил наконец это молчание Браун.
- Я тоже! - присоединился Гарфильд. - По-моему, нужно помиловать и Уэстона, ввиду его сознания. Нежелание же его выдать сообщников только заслуживает уважения. Он и так, пожалуй, достаточно наказан!
- Да! - согласились выборные. - Пусть только он даст обещание исправиться!
- Пощадите и меня! - завопил Джонс, желая воспользоваться общим добродушным настроением. - Ведь я совершил преступление в первый раз, к тому же принадлежу к другому округу!
- Прекрасно! - сказал Браун. - Вас, как гражданина другого округа, передадут в руки тамошних властей.
- Пускай его пошлют в Литл-Рок, и баста! - постановило собрание большинством голосов.
- Так-то так, - сказал Куртис. - Но ведь он моментально удерет из кутузки местного шерифа, и наказание таким образом сведется к нулю. Лучше всыплем-ка ему на дорогу несколько десятков розог!
Собрание пришло в восторг от такой меры, и Джонса немедленно потащили к дереву.
- А как решим относительно Джонсона и Роусона? - спросил Гарфильд.
- Смертная казнь! - было ответом.
- Послушайте, - пролепетал методист Уартону. - Если вы хотите действительно спасти меня, торопитесь!
- Молчите и ждите! - отозвался тот.
Тем временем Вильсон, подойдя к связанному Аткинсу, перерезал ему веревки. Фермер поднялся, пал на колени, затем, сев на лошадь, быстро помчался прочь.
- Спасите же меня, а то будет поздно! - снова прошептал, дрожа от страха, Роусон. - Вы обещали мне это!
- Ведите осужденных на казнь! - твердо и спокойно произнес Браун.
- Подождите! - вскричал адвокат. - Преступники заслужили смерть, я не спорю, но нужно отдать их в руки правительства, а то ваш приговор является таким же жестоким убийством, как и те, за которые вы их приговорили к смертной казни!
- Исполняйте данное мною приказание! - тем же тоном произнес Браун, не обращая внимания на заявление Уартона. - Осужденные, кажется, ничего больше не скажут в свое оправдание!
- Я хочу открыть вам страшные тайны! Я должен…
- Вы приговорены к смерти и умрете!
- Нет, этот человек принадлежит мне! - вмешался Ассовум.
- Ни за что! - заревел Роусон. - Лучше повесьте меня, но не отдавайте в руки этого дьявола!
