Иннокентий и Серафим влетели в самолет, чудом вписавшись в узкое отверстие дверного проёма.
Там уже всё было в порядке — тот, кого Елена пнула меж ног, валялся на полу держась за отбитое и матерно постанывал.
На полу валялся ещё один — правда, он ничего не говорил, поскольку с тем, что осталось от его челюсти, говорить было проблематично. «Вьюга» сама по себе — без своих боеприпасов, была жутким оружием — особенно если по зубам приложить.
Двери в кабину экипажа не было. Как и части фюзеляжа — Иннокентий уже привык к действию боеприпасов ОКВ и вообще-то удивился только тому, что сама кабина управления уцелела.
Сама Елена стояла над ещё одним бандитом, который уже не пытался «лезть на рога, а растянулся на полу как шкура, и даже дышал через раз, всем своим видом демонстрируя полную покорность и желание сдаться на милость победительницы.
— Пилот за оружие схватился. И, как я смотрю, он под своим ватником какой-то бронированный жилет носил — вот его и расплющило — объяснила Елена.
Уцелевших бандитов скрутили и вытянули из самолёта. Покойного пилота оставили лежать там, где он лежал, хотя Елена, ради интереса, полезла смотреть, что за бронежилет на нём
Бронежилет оказался, в общем-то, обычным немецким бронежилетом из пластин металла, сцепленных друг другом проволочными кольцами. Такие жилеты, как тут же сообщила Елена, выпускались, в очень ограниченных количествах, в Германии, незадолго до Великой Отечественной для нужд полиции.
— Тяжёлые очень — в таких особо не побегаешь, вот и не пошли в производство.
— Откуда у какого-то урки такой бронежилет? — Иннокентий осторожно отодвинул куски одежды на трупе и убедился, что покойник весь «исколот иголочкой, да наколочкой».
— Спёр наверное. Судя по его останкам, это Режь-Полицай, ворюга из Киева — организовал шайку что грабила семьи фронтовиков или фронтовиков-инвалидов. Видимо у кого-то этот трофей и стащил… надо же. Вону него на руке татушку видите — вся в странных шрамах? Это его в 1957 году одна пенсионерка раскаленной сковородой приложила. Ну, он после этого видимо и смылся «под крыло Лихо» — раз самолёт пилотировать умеет, то для него место среди бандитов всегда сыщется.
— Надо же какое умное преступление организовали, — Иннокентий приподнял оружие убитого пилота — ППШ со спиленным прикладом и приделанной к стволу пистолетной рукоятью. — Униформа, поддельные документы… Даже самолёт нашли где-то…
— Скорее всего, их задачей было ликвидировать меня. Я слишком много поняла о личностях этих незаконных добытчиков золота. Если бы я передала сведенья что успела собрать в КГБ и Биоинститут, то эту шайку миом бы накрыли. Вот они и решили действовать на опережение. И ведь почти получилось…
— Ты говоришь, что их прикрывал Бегемот? Мой заместитель по хозяйственной части?
— Да. И я сильно подозреваю, что Бегемота в его комнате мы не найдём…
…Комнату Бегемота пришлось взламывать — но лишь для того, что бы найти там страшный беспорядок. И вскрытый тайник — Бегемот не стал придумывать ничего оригинального и просто приделал к стене своей комнаты фальшивые панели, а в промежутке меж ними установил радиостанцию. Поскольку заместитель главного инженера имел доступ практически ко всем запчастям и грузам «Плутонии», а так же мог прибегнуть к помощи профессионалов, то радиостанция у него получилась мощная, не хуже чем в самом посёлке.
— Вот и ответ как он поддерживал связь со своими соратниками по нелёгкому труду «топора и кастета», — Елена потрогала панель радиостанции. — Ловко, да?
— Ловко и стыдно. Я, считай у себя под носом, такое дело проглядел, как это называется?
— Всё в порядке… — Елена переворошила бумаги на столе, с радиостанцией, а затем пошла в комнату Бегемота. — Знаете, мне всегда нравилось кормить Красавцу… Бегемотиху в Ленинградском зоопарке. Берёшь дыню, подносишь к её носу, а она как откроет пасть — прямо чемодан с зубами…Я дыню ей на язык осторожно положу и смотрю… А Красавица эту дыню — хрусть! И проглотила.
— Это вы к чему сейчас?
— К тому, что я любила Красавицу, и когда была в Ленинграде, всегда отправлялась проведать её. Да и из Ленинградского зоопарка и Зоологического музея не вылезала. И конечно помнила историю о том, как сотрудник зоопарка пытался убить Красавицу, дабы «накормить голодных детишек». Ну и не могла не знать, что на самом деле этот тип имел иные планы — которые, кстати, осуществились — уехать из Блокадного Ленинграда, имитировав попытку преступления. Дети, которых он бросил, кстати, Блокаду не пережили. Так что вот… Сами понимаете, что как только я услышала историю, почему вашего заместителя по хозяйству зовут Бегемотом — то тут же связалась с КГБ. Там мне предоставили полный словестный портрет вашего замначальника. А так же рассказали, что после той истории в Ленинграде он, у вас вёл безупречную жизнь — что называется «не придраться».
