— Ага… — Иннокентий усмехнулся. — Полагаете, что Бегемот покатил в Угодья Келе? Набирать золото. И Алхимик с ним?
— Думаю, там ещё есть ещё как минимум один помощник.
— Это был… Это был Кочерга… — Варя всхлипнула. — Я его голос слышала…
— Главный инженер, я прошу вас немедленно организовать погоню за вашим замом. Серафим, не в службу, а в дружбу, отправляйся за ребятами — разбери тут всю эту самодельную мину. А я провожу Варю до её комнаты.
— Да я и сама дойду…
Елена посмотрела в глаза Вари и улыбнулась — жутковатой, стылой улыбкой, от которой исходил какой-то мертвенный холод. В сочетании с её странными глазами эффект создавался просто пугающий.
Варя встала и посмотрела на Елену, что, демонстративно. «переломила» «Вьюгу» и загнала в неё боеприпас «Горыныча».
— Это особый вид картечи. Зажигательной… Она обычно вылетает из дула ОКВ плотным шаром и загорается уже в полёте, — любезно проговорила Елена. — Очень неприятная штука. Поверь мне. Сжигает до костей. Верёвку на руках ты завязывала. Да и рот себе сама заклеила. И на свечах нагара почти нет. И руки — смотри — не распухли от верёвок, а ведь туго завязаны узлы… Ты услышала, что мы подходим к лаборатории, зажгла свечу и связала себя уже в шкафу. Я права.
Варя села назад и уткнула лицо в руки.
— Ну, я не знала, во что они меня втягивают, товарищ старший лейтенант… — прошептала она. — Алхимик… он был дурак набитый… Бегемот говорил, что от него пользы только в том что он может подписывать бумаги и прикрывать от главного инженера… Золото… Поймите правильно — Бегемот просто спятил. Видели бы вы его лицо… Он просто помешался на этом золоте — «золотой дьявол», что ни говори… А я испугалась… он хотел взорвать… пожар устроить. Отвлечь всех от себя… Мне приказал…
— Почему ты не сообщила ничего мне или Иннокентию? — холодно проговорила Елена и села рядом с Варей, прямо на пол, прислонившись спиной к стене. — Неужели ты думала, что меня так легко обмануть? Хотя да, не скрою — Алхимику удалось ввести меня в заблуждение. Но когда ты стала говорить о том, что проводила осмотр и взятие проб золота что я принесла… Я не сразу поняла, что ты меня обманываешь. Но я поняла.
— Как вы догадались? — поразилась Варя. — Алхимик сразу же отобрал золото и спрятал его. Он не хотел его пилить или портить. Приказал мне говорить, что золото это — редкий тип самородков — невероятной чистоты.
Прервавшись, Варя посмотрела на Елену. Оперативник Биоинститута откинула голову и засмеялась, чистым, искренним и громким смехом.
— Воистину говорится — что «жадность затмевает глаза и лишает разума», — проговорила она и, склонив голову, посмотрела на Елену. — Ну и вот что мне с тобой делать?
Варя, опасливо, покосилась, на «Вьюгу», что лежала на полу рядом с Еленой. Потом она сглотнула и, задрав голову, посмотрела в потолок.
— Поступайте, как считаете нужным, товарищ старший лейтенант. Я уже… устала от всего этого. Что бы вы со мной не сделаете — это уже будет ваше решение…
Аэросани летели по тундре, обгоняя позёмку.
— Он не уйдёт… Пусть у него и есть фора — но он взял самые дурные сани, которые ещё починили после столкновения с этими подземными аммонитами, — проговорил сидящий за рулём Серый Пёс — крепкий мужик, в полушубке из собачьего меха, и шапке-ушанке, с задранными вверх «ушами». — Не знаю, на кой он сцапал их…
— А сам не понимаешь? — Елена торопливо нацепила на «Вьюгу» странный оптический прицел — больше похожий на телескоп. — Именно эти аэросани оставались без присмотра. Чего их сторожить, если они так и так сломаны…
— Всё равно, как то странно…
— А что тут странного? Нету вашего Бегемота — овладел им ваз «золотой дьявол» — он сейчас ни о чём, кроме золота думать, не способен. Так что смотри в оба — сейчас Бегемот настроен решительно, стрелять будет только на убой.
— Это мы ещё посмотрим, кто кого… У него там за рулём наверняка Кочерга — а тот у нас не великий гонщик… Он год назад как-то раз гонял по тундре — в валун врезался и ногу сломал — с той поры она у него как та кочерга… Так что вряд ли он тут будет выкрутасы устраивать… — проговорил Серый Пёс. — Да и ему сейчас на нас клювом щёлкать себе дороже — у нас трое аэросаней в погоне участвуют, никуда не денется!
— Посмотрим… — Елена накинула капюшон «Айзека», очки, маску и выглянула из аэросаней.
Затем подняла «Вьюгу» и прижала к глазу оптический прицел, выцеливая им аэросани Бегемота.
У Бегемота было почти два часа форы — Варя рассказала Елене, что Бегемот оставил её поджечь фитили у взрывного устройства — преступники наделись, что взрыв и пожар неслабо отвлекут внимание и позволят им скрыться.
