— Ну, это было два или три месяца назад. Вскоре после того как он прислал мне весточку, что передал оба векселя вам на хранение.
— На какие суммы?
Она снова принялась озабоченно листать книгу, хотя давно уже нашла нужную запись.
Вайдбрехер назвал ей две разные суммы, одна из которых совпала с ее записью с точностью до пфеннига.
Она с улыбкой подняла голову.
— Вот она.
И указала на запись в книге.
— Но боюсь, здесь какая-то ошибка. Вы уверены, что Гундхаген передал нам оба векселя? Может быть, один — нам, а второй — Гирцелину, Адухту или Рихмодису? Или, возможно, даже Аарону Левину или… — она сделала паузу, — ван Клеве?
— Нет-нет, разумеется, сюда, госпожа Алейдис. Ваш покойный супруг… — тут он поспешно перекрестился, к нему Гундхаген приходил с такими делами в первую очередь.
— Однако, к сожалению, я могу подтвердить лишь один вексель — на меньшую сумму.
Она снова ткнула пальцем в книгу, на этот раз в графу, где была прописана сумма.
— Видите, эту запись я сделала собственной рукой.
Улыбка Вайдбрехера померкла.
— Что вы хотите сказать, госпожа Алейдис? Вы хотите сказать, что не можете выплатить мне мои деньги?
Алейдис приготовилась защищаться.
— Нет, почему же. Могу, если найду соответствующую запись в книгах. Если вы будете так любезны показать мне соответствующий документ, я быстро посмотрю, смогу ли найти дубликат.
— Дубликат? — удивленно сдвинул брови купец.
— Николаи всегда делал дубликат любой бумаги во избежание недоразумений. Уж вам ли этого не знать, вы бывали здесь чаще, чем кто бы то ни было.
Мысленно она поблагодарила мужа за эту предусмотрительность. Теперь у нее был аргумент.
— Мне никогда не приходилось предъявлять документы, чтобы получить свои деньги у Николаи.
— Ну, тогда он, должно быть, полностью доверял вам. Но поскольку я новичок в этом ремесле, мне предстоит самостоятельно убедиться в благонадежности клиентов и деловых партнеров. Разумеется, вы это понимаете.
— Так вы не выплатите мне мои деньги?
Улыбка на лице купца сменилась яростной гримасой.
— Ту сумму, о которой есть запись, разумеется, выплачу.
Она подошла к одному из сундуков, достала шкатулку и отсчитала на столе столько, сколько было нужно.
— Вам следует подтвердить получение, расписавшись или поставив крестик собственной рукой, если вдруг не умеете писать.
Она придвинула к нему чернильницу и перо и указала на графу рядом с записью в книге.
— Черта с два я это подпишу! Вы сейчас же отдадите мне все мои деньги, госпожа Алейдис. В противном случае я привлеку вас к суду за мошенничество.
— Я не мошенница, мастер Вайдбрехер.
Она сделала глубокий вдох, стараясь сохранять спокойствие и не выказывать нервозности.
В дверях снова появился Вардо и вопросительно посмотрел на нее. Она знала, что, если Вайдбрехер начнет распускать руки, слуга придет ей на помощь.
— Возможно, вы просто ошиблись. Подумайте еще раз хорошенько. Нередко такие крупные суммы делят между разными менялами, если у одного из плательщиков нет в доме всей суммы сразу.
— Гундхаген открыл счет только здесь и больше нигде, и я не уйду отсюда, пока не получу все деньги.
Вайдбрехер сложил руки на груди и неожиданно вновь заговорил вкрадчиво.
— Вы только делаете первые шаги в этом ремесле, госпожа Алейдис, и, верно, еще не успели во всем разобраться. Мы с Николаи были добрыми друзьями, и мое слово много значило для него. Он никогда не отказал бы мне в деньгах, на которые я имел право, лишь потому, что в одну из его книг закралась ошибка. Вы же сами сказали, что это вы сделали эту запись.
Он ткнул пальцем в книгу.
— Возможно, вы по ошибке пропустили один из векселей. Такое случается, и я, конечно, буду последним, кто бросит в вас камень. А теперь отдайте мне деньги. И я никому не расскажу о нашем маленьком недоразумении.
— Я не совершала ошибки, мастер Вайдбрехер. Николаи лично проверял каждую мою запись. Вы же не будете сомневаться в нем, раз уж вы были такими добрыми друзьями?
— Немедленно отдайте мне их! — рассвирепел купец. — Отдайте мои деньги. Или вы действительно хотите, чтобы я потащил вас в суд и уничтожил вашу репутацию? Ведь я именно так и поступлю, не сомневайтесь. Никто не захочет иметь дела с женщиной, особенно с мошенницей.
Вардо стал медленно приближаться к ним. Невзирая на бешеный стук сердца, Алейдис твердо взглянула в глаза купцу.
— А кто поручится, что это не вы, господин Вайдбрехер, пытаетесь меня облапошить? Я уже объяснила, что из двух векселей могу подтвердить только один. Вот деньги, которые вам причитаются. Принесите мне доказательства, что второй вексель действительно существует, и я немедленно выплачу вам оставшуюся сумму. Любой другой меняла поступил бы точно так же, вы это прекрасно знаете.
Яростно фыркнув, Вайдбрехер сгреб монеты со стола и развернулся, чтобы уйти.
— Вы еще услышите обо мне!
— Стоп!
Путь ему преградил Вардо.
— Госпожа Алейдис попросила вас расписаться.
— Прочь с дороги!
Вардо схватил разъяренного торгаша за руки.
— Делайте то, о чем вас просит госпожа Алейдис, уважаемый!
Он повернул голову в сторону двери.
