– Бенсона, Браунелла и четвертого помощника Декстера. Все они убиты. Браунелл задушен. Бенсон то ли задушен, то ли застрелен. Декстер лежит мертвый в радиорубке с тремя пулями в животе. Одному богу известно, сколько бы еще людей погибло, если бы присутствующий здесь старший помощник Картер до них не добрался.
Я обвел взглядом бледные, напряженные, все еще не верящие лица. Они пока еще до конца не осознавали, что говорил капитан. Потрясение, ужас, паника вытесняли у них из голов любые мысли. Должен признать, что лучше всех держался старик Бересфорд. Он смог сохранить ясную голову после невероятного зрелища: офицеры «Кампари» наставили оружие на таких же пассажиров, как и он.
– Но, капитан, как ко всему этому может быть причастен старый калека Сердан?
– По версии мистера Картера, Сердан вовсе не стар, просто загримирован под старика. По той же версии, если Сердан действительно калека и парализован ниже пояса, то, как только он очнется, вы станете свидетелем современного чуда исцеления. Насколько нам известно, Сердан, скорее всего, является главарем этой банды убийц. Но наверняка мы не знаем.
– Что же, во имя всего святого, им нужно?! – потребовал ответа Бересфорд.
– Именно это мы сейчас и выясним, – напряженно ответил Буллен и посмотрел на отца и сына Каррерасов. – Подойдите сюда оба!
Те подошли, за ними проследовали Макдональд и Томми Уилсон. Старший Каррерас пытался использовать платок, обмотанный вокруг простреленной ладони, чтобы остановить кровь, правда без особого успеха. В его глазах, перехвативших мой взгляд, полыхала ненависть. А вот Тони Каррерас, напротив, излучал спокойствие и безмятежность. Происходящее как будто его даже слегка забавляло. Я сделал мысленную пометку не спускать глаз с Тони Каррераса. Слишком уж он спокоен и расслаблен.
Они остановились в нескольких футах от меня.
– Мистер Уилсон, – позвал Буллен.
– Сэр?
– Возьмите обрез, принадлежавший нашему ныне покойному приятелю.
Уилсон взял оружие.
– Как думаете, сумеете с ним управиться? И не наводите этот чертов ствол на меня, – поспешно добавил он.
– Думаю, да, сэр.
– Хорошенько присмотрите за Серданом и его так называемой сиделкой. Если они попытаются что-нибудь выкинуть… – Окончание фразы многозначительно повисло в воздухе. – Мистер Картер, Каррерасы могут быть вооружены.
– Есть, сэр. – Я зашел Тони Каррерасу за спину, стараясь не оказаться на мушке у Буллена или Макдональда, ухватил мужчину за воротник пиджака и рывками стянул его с плеч до локтей.
– Похоже, вам не впервой заниматься подобными вещами, мистер Картер, – непринужденно заметил Тони Каррерас. Вот уж на редкость невозмутимый тип – как по мне, так даже чересчур невозмутимый.
– Спасибо телевидению, – объяснил я.
Слева под мышкой у него обнаружился пистолет. На нем была рубашка специального покроя с двумя накладками с левой стороны, спереди и сзади, так что нацепленная на него нагрудная кобура была совершенно незаметна. Тони Каррерас все отлично продумал.
Я прощупал его одежду, но, кроме пистолета, ничего не нашел. Все то же самое проделал с Мигелем Каррерасом, но тот, в отличие от сына, любезностью не лучился – возможно, из-за боли, которая причиняла ему простреленная рука. У него никакого оружия не оказалось. Может статься, потому Мигель Каррерас и был в этой компании за главного: ему и не нужен был пистолет, его статус позволял просто приказать убивать другим.
– Благодарю вас, – сказал капитан Буллен. – Мистер Каррерас, через несколько часов мы прибудем в Нассау. К полуночи на борту уже будет полиция. Вы предпочтете дать показания сейчас или дождетесь полиции?
– У меня не рука, а кровавое месиво, – хриплым шепотом проговорил Мигель Каррерас. – Указательный палец раздроблен, его придется ампутировать. Кому-то придется за это ответить.
– Приму это за ответ, – спокойно резюмировал Буллен. – Отлично. Боцман, четыре бросательных, будьте любезны. Я хочу, чтобы их скрутили как баранов.
– Есть, сэр! – Боцман сделал шаг вперед и застыл как вкопанный.
Сквозь открытую дверь донесся глухой дробный треск, в котором безошибочно угадывалась автоматная очередь. Звук, казалось, разносился откуда-то сверху, с мостика. А потом погас свет.
По-моему, я среагировал первым. По-моему, я был единственным, кто среагировал. Сделал большой шаг вперед, обхватил левой рукой шею Тони Каррераса, уткнул кольт ему в спину и еле слышно сказал:
– Даже не думай чего-нибудь выкинуть, Каррерас.
А потом снова повисла тишина. Было ощущение, что она все тянется и тянется, хотя, наверное, прошло всего-то несколько секунд. Раздался женский крик, короткий сдавленный звук, перешедший в стон, – и снова тишина, тишина, резко оборвавшаяся страшным грохотом, скрежетом и звоном. Тяжелые металлические предметы с поразительной синхронностью разбили стекла выходящих на палубу окон. В тот же миг распахнувшаяся дверь с гулким металлическим лязгом с силой ударилась в переборку.
– Всем бросить оружие! – высоким звонким голосом выкрикнул Мигель Каррерас. – Сейчас же! Иначе начнется бойня.
Зажегся свет.
