И все же осторожность и рассудительность взяли верх над минутной слабостью. Уж каким сладким не был для беглецов момент всплытия на поверхность моря, можно было откашляться, отплеваться и глотнуть как никогда сладкого и желанного воздуха, все же разум подсказывал, что долго «светиться» нельзя, учитывая, что сверху шарят взглядами, разыскивают их. Поэтому, сделав пару спасительных глотков, Уот, первым придя в себя, скомандовал:
– Ныряем и плывем вон к тем валунам! – Он кивнул на груду камней возле берега – слева от того места, где пловцы находились. Это их и спасло. Когда люди снова вынырнули, то камни оказались совсем рядом. Глоток воздуха, снова нырок – и всплыли они уже за валунами. Здесь беглецы смогли наконец-то по-настоящему перевести дух. Двоим переводить было нечего, так как испустили его после удара о поверхность моря. Еще одного пришлось откачивать, так как бедолага сильно нахлебался воды. То же самое пытались сделать и с теми двумя несчастными, которые волей судьбы оказались в одной связке с героями нашего рассказа. Но им уже ничего не помогло. Да уж больно хотели помочь выжившие своим друзьям в такую драматичную минуту. Ведь так не хотелось смириться с мыслью о смерти, когда, казалось, должна была торжествовать только жизнь. После столь невероятного спасения…
Убедившись, что труд их напрасен, друзья перетерли канаты об острые углы камня и освободились от обузы. Тела несчастных медленно поглотила бездна.
Шестерка уцелевших склонила головы, проводив в этот последний путь своих товарищей. Молчаливо переглянувшись, кивнув друг дружке в знак общего согласия, крадучись, начали пробираться от берега реки к ближайшим зарослям. Угол обрыва закрывал их от пиратов.
Ветки больно хлестали по лицу, колкие кусты царапали руки, но лишь когда беглецы оказались далеко в зарослях, тогда только поняли: главное уже позади.
Еще дальше углубившись в чащу леса и убедившись, что забрались достаточно далеко от берега, страдальцы позволили себе расслабиться. Глубоко, облегченно вздохнув, все дружно рассмеялись, похлопали друг дружку по плечу и повалились на землю. Трава и листья были в этот миг для них самой мягкой периной, краше не могло быть нигде в мире. Куда там королевским покоям до этого блаженства! Даже сравнивать смешно.
Конечно же, усталость последних дней дала о себе знать. Перетаскать столько груза, работать в таком бешеном темпе, не имея возможности перевести дух! Тело млело от усталости. Хотелось закрыть глаза и забыться в безмятежном сне. Но как. бы ни был велик соблазн совершить это, друзья все же понимали, насколько подобное опасно.
Некоторое время лежали молча, переводя- дух и осмысливая происшедшее. У от задумчиво рассматривал широко расставленные ветки генипаса, под которым лежал, заметил большие, размером с крупное яблоко, плоды, напоминающие маковые головки, и вспомнил, что уже давно ничего не ел. Но события последнего времени сложились так, что о чувстве голода некогда было вспомнить. Так уж устроен человек: другие, более важные события заставляют не думать о второстепенном. Теперь же Уот начал чувствовать, как нестерпимо сосет под ложечкой. Но он постарался отделаться от навязчивого желудка, считая, что сейчас все-таки важнее отдохнуть, дать маломальский покой ногам, которые уже начали подкашиваться от усталости. Да разве только ноги! Столько неподъемного груза пришлось перетащить! Млела спина, болели от перенапряжения руки и плечи.
Уот снова, в который раз, удивился: как все-таки круто изменилась его жизнь за этот сравнительно небольшой отрезок времени. Ведь совсем недавно дни его текли спокойно и размеренно. И вдруг такой зигзаг судьбы… Все же благосклон-ность фортуны налицо. Ведь все могло обернуться для него хуже. Уот ведь мог за это время уже давно расстаться с жизнью, но все же небу было угодно, чтобы он избежал этой участи. При худшем раскладе Уолтер мог бы вообще оказаться в безвыходном положении, без поддержки друзей. Кстати, о друзьях. Ну, как ему, ругая судьбу, не отметить все же ее благосклонность?! Как здорово поддержали его в тяжелую минуту в тюремной камере! Какое это большое дело в такой ситуации! Ведь могла же судьбинушка разбросать их по разным судам или тюрьмам, и они никогда больше не увиделись бы. АН нет, оказались-таки вместе на одной посудине, кроме, правда, Сэма. Эх, Сэм, добрый ты человек! Где ты теперь? Как сложилось у тебя? В эту минуту Уот в который раз подбодрил себя мыслью, что если выпутается из передряг, то обязательно разыщет Сэма и протянет ему при необходимости руку помощи.
