– И здесь эта отметилась, – с досадой заключил отец, тут же глянул обеспокоенно, произнёс вроде бы и миролюбиво, а всё равно достаточно жёстко: – Ром, вот честно, просто не знаю, как сказать, чтобы ты опять не надулся и не психанул. Но… сам понимаешь.
– Понимаю. Не психану.
Отец нахмурился недоверчиво и удивлённо, глянул внимательно. Видимо, это означало что-то вроде «Надо же! Неужели мальчик наконец-то вырос?»
– Ладно, подумаю, что ещё можно сделать, а пока… – Его взгляд скользнул по столу, зацепился за одну из бумажек, точнее за продолговатый конверт. – Не хочешь отвлечься? Хотя бы не надолго. А то совсем уже дёрганный. – Отец подвинул конверт к себе, подхватил, достал из него плотную карточку. – У Высоковских свадьба сегодня. Всё-таки основательно они за Артура взялись. Хотя не думаю, что женитьба тут чем-то поможет. Но вроде как они ему там достаточно жёстких условий наставили насчёт финансового обеспечения. И организовали всё быстро. Буквально за пару дней. Банкет у нас здесь. Они, конечно, и на церемонию приглашали. Но не особо-то мне хотелось туда тащиться. Отговорился, что лучше тут прослежу, всё ли как следует приготовлено. Чтобы по высшему разряду. Тебя, кстати, тоже приглашают. Так, может, и правда отвлечёшься. Переодеться тебе, конечно, надо, поэтому в ЗАГС вряд ли успеешь, а вот на банкет. Тут у нас даже этот петь будет… Как его?
Поначалу застывший от его слов Рома отмер, потянулся за приглашением, выхватил его у отца из рук. Перевернул открытку, в первую очередь глянул на подписи.
«Артур и Евгения».
Арчи – скотина. Развёл, не признался. И Женька… глупая… что ж она делает? Ну разве можно? Вот так. От отчаяния, назло. Ему. Хотя сам он, конечно, тоже…
А времени действительно в обрез.
Рома подскочил с кресла.
– Пап, я возьму машину? И не надо уже никого искать.
– Бери, конечно. Держи, – отец вынул из кармана пиджака и протянул ключи, Рома схватил их торопливо, кинулся к двери. – А почему искать-то не надо? – крикнул вдогонку отец, но сын уже выскочил в коридор. Скорее всего, даже и не услышал. И пришлось самому подобрать брошенное на стол приглашение, перечитать, надеясь найти в нём объяснение.
Объяснений не нашлось, но зато, кажется, стало ясно.
– Да неужели? Опять! Пожалуй, такое я тоже пропускать не стану. – Он отыскал в телефоне нужный номер, когда ответили, спросил: – Свободные машины есть? Есть? Тогда пусть подъезжает ко входу. Кого отвозить? Меня. Мою Ромка забрал. В общем, минут через пять выйду. Чтоб машина была на месте.
Женя
Секунды летят, и мне кажется, я чувствую каждую, как она проносится мимо, но мне всё равно хочется их поторопить. Ничего нет хуже такого вот пустого ожидания. Лучше уж пусть побыстрее всё случится. И может, всё-таки попросить маму, пока она здесь и есть время, хотя бы чуть-чуть ослабить шнуровку на корсете. Мне и правда душно, даже в горле пересохло.
– Мам!
– Да? – она смотрит внимательно.
– Можно мне воды?
Бутылка и стаканы на всякий случай стоят в углу на столике. Наверное, с невестами и это в порядке вещей, когда неожиданно пересыхает во рту, и голос становится шипящим и шершавым, царапает горло.
– Конечно. Сейчас, – откликается мама, приносит мне наполовину наполненный тонкий стакан, протягивает, на автомате предупреждает: – Аккуратнее, помаду не размажь. – И вдруг неожиданно спрашивает: – Жень, ты правда уверена?
Я делаю несколько глотков, едва прижимая край стакана к губам, но на нём всё равно остаётся ярко-красный след, киваю.
– Уверена, мам. – Добавляю убеждённо: – На все сто процентов. – И напоминаю: – Ты же сама говорила, это для меня оптимальный вариант с моим умением выбирать парней.
– Господи! – восклицает мама, забирает у меня стакан и тоже делает из него большой глоток, ничуть не заботясь о собственных накрашенных профессиональным стилистом губах. – Да я много чего говорю!
– Ну ты уж тогда определись, – хмыкаю в ответ. – То не должна я на твои слова обращать внимания, то просто обязана слушать.
– Женьк, ну если бы мы всегда точно знали, как правильно.
– А я вот знаю.
Но тут опять раздаётся стук в дверь, в комнату заглядывает женщина, сотрудница ЗАГСа, интересуется деловито:
– Невеста готова?
– Готова, – откликаюсь я.
– Жень, – громко выдыхает мама, но больше не добавляет ничего, помогает мне подняться, расправляет на полу складки шлейфа, идёт вперёд.
Проходим по коридору, мама исчезает за дверью зала, в котором и состоится самая главная часть торжества, а я чуть задерживаюсь, дожидаясь отмашки сотрудницы ЗАГСа.
Из зала доносятся первые аккорды торжественной мелодии. Высоковские решили соригинальничать – по-моему это не стандартный марш Мендельсона, а что-то ещё более возвышенное и пафосное. У меня даже мурашки пробегают по телу и дыхание перехватывает. Сотрудница широко распахивает передо мной высокие дверные створки. Делаю шаг.
Всё очень красиво и торжественно. И музыка не в записи, а живая. Четверо музыкантов – три скрипки и виолончель – расположились в уголке недалеко от двери.
