Сладковатый запах усиливался. Странно, что остальные оборотни его не ощущали. Бешеные были где-то в городе, и у Хана кровь начинала кипеть, когда он представлял, как будет перерезать им глотки. Разговоры, разговоры… Почему люди так любят их, когда можно просто действовать?
Не дожидаясь ответа Веслава, Хан развернулся и легко выпрыгнул в открытое окно. Рахен молниеносно выскочил за ним. Сандр крякнул, но тоже полез на подоконник.
– Сандр! – воскликнул Весь.
Крепыш обернулся. На его лице играла совершенно авантюрная усмешка, делавшая его не похожим на себя самого.
– Один раз живем, лохматый! – сообщил он и спрыгнул на узкий карниз, проходящий под окном, а с него – вбок, к водосточной трубе.
– Психи, – констатировал Карс, глядя на Гродена. – Что будем делать?
Веслав тяжело вздохнул. Правильных вариантов было несколько, но они его не устраивали.
– Ты и сам знаешь, Карс, – буркнул он и направился к окну. – Идешь?
– Думаешь приволочь их обратно за шкирку? – хмыкнул тот. – Иду, куда ж я от вас, дураков клыкастых, денусь!
Сказать, что они были растеряны, значило не сказать ничего.
– Каменные ядры, а где дорога-то? – воскликнула Торусилья.
Отважная рубака стояла в чистом поле, по пояс в снегу, и усиленно чесала в затылке. Рядом с ней застряла в снежных торосах накренившаяся карета.
– Вот это я понимаю, метель, – из открывшей дверцы спрыгнул Грой Вирош и тут же провалился в снег. – Хорошо хоть, мы догадались лошадей привязать, а сами внутрь влезть, а то сейчас искали бы друг друга под снегом по запаху!
– Кони-то целы? – раздался голос Яго.
Грой перевел взгляд на нервно фыркающих лошадей, запутавшихся в упряжи.
– Целы, – ответил он, – такое ощущение, что ветер тащил их вместе с каретой.
– Я слышал об осенних бурях в Узаморе, но видеть не доводилось, – фыркнул Дикрай, вылезая наружу. – Зато какой воздух, а? Давайте мы с Тари сгоняем на разведку?
– Подожди ты со своей разведкой, – Яго шагнул из кареты и протянул руки, чтобы снять Вителью с подножки. – Давайте сначала попробуем понять, далеко ли нас унесло от тракта? Вита, сможешь определить, где мы?
Волшебница кивнула и огляделась. Метель, налетевшая внезапно, еще клубилась позади, скрывая горизонт. А вокруг расстилалось белое поле, ровное, как стол. Ни дерева, ни кустика. Лишь вдали виднелся какой-то холм.
Вителья закрыла глаза, чтобы белый не так слепил и не мешал сосредоточиться, и попыталась найти линии Силы, по которым можно было бы определить местонахождение. Шли минуты, а она ничего не чувствовала.
– Я не понимаю… – пробормотала она.
Тряхнув головой, решительно пошла вперед, с трудом переставляя ноги, вязнущие в глубоком снегу.
В этом месте не осталось никакой Силы, никакой магии. Словно прореха в ткани бытия, словно бельмо на глазу – оно было тем кошмаром, который каждый маг мечтал никогда не встретить на своем пути. Мертвая пустошь…
– Вита, что не так? – окликнул ее Яго, всегда тонко чувствовавший ее настроение.
Дробуш на всякий случай подошел поближе.
Волшебница обернулась, взгляд был растерянным.
– Со мной впервые такое! Я не могу определить, где мы.
– Но почему? – удивленно воскликнул выглянувший из кареты Альперт.
– Не могу, и все! – возмутилась Вителья. – Если хочешь, попробуй сам!
– Ну-у, если нужно, – пробормотал маг и с опаской спустился с подножки.
– Давай, Аль, не подведи! – подбодрила его Руфусилья.
Старшая рубака все это время стояла с другой стороны кареты и, прикрыв глаза козырьком, смотрела вдаль.
Спустя некоторое время Альперт помотал головой, будто отгоняя наваждение.
– Вита права. Здесь нет линий Силы, а значит, не к чему сделать привязку на местности. Надо же, читал о такой редкости, но встречать не доводилось!
– То есть, мы заблудились? – констатировал Грой.
– Похоже на то, – кивнула Торусилья. – Вот если бы сверху посмотреть…
– Холм? – в один голос сказали Дикрай и Тариша, указывая на возвышение неподалеку.
– Есть кое-что получше, взгляните-ка туда… – позвала их Руф.
И гномелла указала в ту сторону, куда ушла метель.
Горизонт закрывала гора. Не холм, не скала, а самая настоящая гора, с каменистыми склонами, с вершиной, убеленной снежными сединами.
– День пути, – прикинул на глаз Ягорай. – Кони по такому рыхлому снегу карету не проволокут, хоть она и на полозьях. Если только верхом.
– Значит, верхом, – пожала плечами Тори и принялась распутывать лошадей.
– Подожди, уважаемая рубака, – придержал ее Грой. – День к закату пошел, скоро стемнеет. Давайте сегодня здесь заночуем, а кони пусть отдохнут – они вон до сих пор неровно дышат. Дробуш, ты молодец, что успел привязать их! Я такой кутерьмы в жизни не видел!
– Меня не сдувало, – важно пояснил тот.
– Не могло нас далеко от тракта утащить, – произнесла Руф, возвращаясь к карете. – Авось с горы увидим, что и где?
