Семён тоже занимался грузоперевозками, но дела у него шли гораздо лучше, чем у Арсения. Кто его знает, почему. Начинали вроде вместе, а результат разный. Семён пил каждый день и дома появлялся только по праздникам: месяцами жил в офисе. А вот, поди ты, разбогател как Рокфеллер. Накупил подержанной техники в Германии, когда цены там были мизерными, и -- поднялся. Правда, шоферы на него жаловались: постоянно зарплату недодавал. Всё норовил напоить, а наутро сказать: "Я вчера тебе всё отдал, ты просто не помнишь". Больше месяца у Семёна редко кто задерживался.
Арсений нашёл его на втором этаже небольшого здания, в личном кабинете. Семён был ещё трезв и потому злился на весь белый свет.
-- Ты мою машину знаешь, -- Арсений сразу взял быка за рога.
-- Ну, -- промычал в ответ Семен.
-- Две тысячи -- и забирай, -- сказал Арсений.
Две тысячи долларов -- это была смехотворная цена хоть за старый по годам, но в прекрасном техническом состоянии КамАЗ. И глаза у Семёна сразу заблестели: он чуял выгоду не хуже, чем гончая собака чует свежий след. Но тактика совершения сделок, отработанная до мелочей, требовала упорного -- для виду -- сопротивления. По установившейся с незапамятных времён традиции Семён первым делом обхаял товар:
-- Небось, двигатель запорол, а теперь дурака ищешь, -- сказал он.
Арсений даже не ответил.
-- Или за долги описали, -- продолжал Семён.
Арсений молчал.
-- Как будем оформлять? -- не выдержал Семён.
И тут только до Арсения дошло, что переоформить машину без разрешения жены он не сможет. И тогда, прекрасно осознавая крайнюю щекотливость своего положения, он рассказал Семёну всю правду.
Семён внимательно выслушал и сказал:
-- Арсен, я тебе врать не буду. Мы с тобой действительно не первый день друг друга знаем. Машина стоит больше. Но так дела не делаются. Тебя-то я знаю, а твою жену -- нет. Кто ей помешает завтра на меня в суд подать, чтобы я машину вернул. Поэтому сделаем так: ты даёшь мне доверенность, а я тебе -- тысячу долларов. Потом в любой день, когда вернётся твоя жена, мы оформляем документы, и я даю тебе ещё тысячу. А если не даю -- забирай назад машину. Закон будет на твоей стороне.
Несомненно, это был грабёж средь бела дня. Но возразить Семёну было нечем: он хорошо прочувствовал ситуацию.
-- Теперь полуприцеп... -- начал Арсений.
-- Нет, -- сказал Семён. -- Ты и сам знаешь, что твоя "Алка" мне не подходит: одна ось. А я таскаю по двадцать тонн -- не меньше. Продавай кому-нибудь другому.
Конечно, Арсений знал, что Семён полуприцеп не купит. А быстро продать машину с полуприцепом вместе было нереально: и из-за оформления документов, и из-за того, что в городе больше не было таких богатых перевозчиков, как Король. И Арсений пожал протянутую ему руку в знак согласия с условиями сделки.
Семён достал из сейфа деньги и, отсчитав тысячу, положил себе в карман. Потом вызвал своего водителя с легковушки. И ещё одного -- перегнать КамАЗ. Они все вместе уселись в "Фольксваген" и поехали смотреть машину Арсения.
В гараже Райсельхозтехники Арсений собрал свои вещи, не забыв при этом и "подарок Филиппенко". Спецовка и всё остальное уместились в одном полипропиленовом мешке. Потом водители Семёна завели КамАЗ, проверили давление и выехали из гаража. Полуприцеп отцепили возле дома Арсения, прямо под окнами его квартиры со стороны пустыря. Мешок с вещами Арсений отнёс в подвал. Потом, вместе с Семёном, они поехали к нотариусу оформлять доверенность. А ещё через час Арсений уже возвращался домой с деньгами в кармане. Возвращался в подавленном настроении: и не потому, что пришлось продать свою, кровью и потом выстраданную машину. А скорее потому, что надо было начинать новый этап поисков: деньги для этого были. Вот только не было конкретного плана: с чего именно начинать.
2.23.
Вечером Арсения так и подмывало выпить, замочить сделку, разогнать тоску. Но он воздержался: с соседом не хотелось, а Миколе звонить не стал. Не стал потому, что пришлось бы сказать: "Ищи себе работу".
Наверное, надо было хоть ради приличия посоветоваться с другом. Но всё равно это ничего бы не изменило. Сейчас это было не самым важным. В первую очередь требовалось решить, что делать дальше.
Весь вечер Арсений строил планы. Рассчитывать на то, что милиция будет искать Аню и Олю, было бы крайне наивно. В это не поверил бы даже молодой волчонок из зоопарка. По фотографиям их "мать родная не узнает". А описание особых примет можно было смело отсылать в рубрику "Нарочно не придумаешь". Если верить описанию, то Аня -- женщина средних лет с продолговатым лицом азиатского типа. И смех и грех!
Зайти, как он раньше предполагал, с "чёрного хода", с полной сумкой -- тоже несерьёзно. Сумку, конечно заберут. И наврут с три короба. И будут врать, пока все денежки не вытянут. А потом пошлют подальше... куда-нибудь на лесоразработки. Нет, не стоило даже тратить время на обдумывание этого варианта. По таким же соображениям Арсений отклонил и идею обратиться за помощью к Титу.
Ответ на вопрос -- "кто поможет?" -- был найден: "никто".
