Ещё никто не разговаривал так с Арсином. Все только понукали и обзывали его. А этот старик говорил с ним, как со взрослым мужчиной. И Арсин пообещал: "Я приду".
4.3.
Арсин сдержал слово.
Поздно вечером, когда остальные рабы улеглись под навесом, он, как обычно, взобрался на крышу. Но не лёг на свою циновку, а тихонечко спустился с другой стороны строения и, прячась от ночных сторожей за кустами виноградной лозы, пробрался на псарню.
Поллукс уже ждал его, сидя у ограды на стволе засохшего дерева. У его ног бегали четыре пушистых щенка, и он время от времени давал им маленькие кусочки вареного мяса.
"Садись возле меня и покорми их, -- с этими словами Поллукс протянул Арсину несколько кусочков. -- Надо, чтобы собаки привыкли к тебе. Дружить с собаками всегда хорошо: они не требуют никакой платы за свою дружбу".
Арсин протянул щенкам мясо на ладони, и они, поев, стали лизать ему руки своими тёплыми и влажными языками.
"Они хорошие, когда маленькие, -- сказал Арсин. -- Но когда вырастут, они могут загрызть человека насмерть". -- "Если ты подружишься с ними, они никогда не причинят тебе зла. Собаки не умеют предавать. Поэтому рабам не разрешают общаться с собаками". -- "У меня никогда не было друзей, -- сказал Арсин. -- Раньше у меня была мать, но она умерла. И я остался один". -- "Я это знаю, -- сказал Поллукс. -- Твою мать звали Герой. Она была женой Феликса, моего друга и твоего отца".
Арсин словно окаменел от этих слов, и старый раб взял его за руку.
"Да, да, твой отец был моим другом. Мы с ним вместе бежали от хозяина, разорив его дом. Потом твой отец погиб, а я остался жив. Меня не узнали из-за шрама на лице, поэтому и не казнили. И если кто-то сейчас узнает моё настоящее имя, меня убьют". -- "Я верил, я всегда верил в то, что мой отец был сильным и смелым", -- прошептал, наконец, Арсин. "Сохрани всё это в тайне. Ты уже достаточно взрослый и должен понимать, что некоторые вещи надо держать в тайне. И очень часто наша жизнь зависит от того, умеем ли мы хранить тайну". -- "Я не помню, чтобы мать мне рассказывала о нём", -- снова сказал Арсин. "Она хотела сохранить тебе жизнь. И после её смерти только несколько человек знают, чей ты сын. А из рабов -- я один. Но никто из хозяев даже не догадывается, что я знаю это. Иначе моё тело уже давно бы склевали вороны".
Сытые щенки затеяли игру: они набрасывались друг на друга и рычали, как взрослые псы. Но их голоса всё ещё срывались на писк. Молодёжь, подражая старшим, готовилась к будущим жестоким схваткам.
"Я долго решал, говорить ли тебе всё это, -- сказал Поллукс. -- Я понимал, что это значит -- начать игру со смертью. Но потом подумал, что не осталось больше никого, кто сказал бы тебе всю правду. И, может, сделав это, я освобожу свою душу...Хотя бы душу... -- Поллукс немного помолчал и продолжил: -- Это сейчас я стар и немощен. Но было время... Сколько тебе сейчас лет?" -- "Двенадцать", -- ответил Арсин. "Всего двенадцать лет, а кажется -- целая вечность прошла... Даже не верится, что когда-то я был молод и силён, как бык. Меня боялись не только другие рабы, но даже и надсмотрщики. Я никогда не работал: в мои обязанности входило охранять по ночам господский дом. Тот, который в городе. В то время много грабителей ходило ночами по улицам и дорогам".
