Кентавр обильно потел в бедной кислородом атмосфере, его голубая рубашка стала темно-синей.
– Конечно есть. Уже проверил сигнал. Ничего.
– Знаю, но какие мини-программы ты установил? Есть что-нибудь для навигации?
Жеребкинс достал телефон и пролистал список мини-программ.
– Есть навигационная мини-программа. Полностью автономная, никакого сигнала не требуется.
Кентавр уже понял, что нужно делать, поэтому расстегнул ремни и положил телефон на универсальный датчик панели управления. Экран телефона мгновенно спроецировался на иллюминатор.
Появился трехмерный компас. Несколько секунд он оценивал траекторию движения капсулы, по мнению Элфи полностью совпадавшую с курсом зонда.
– Итак, – сказал кентавр, – цель захвачена. Кстати, я лично разработал эту мини-программу. Получил за нее гораздо больше, чем за всю работу на полицию Нижних Уровней.
– Хватит болтать, займись делом.
Жеребкинс протащил маленькую иконку корабля по прямой линии до дна океана. В конечной точке возник красный пульсирующий кружок.
– Какой красивый кружок! – сказал Орион.
– Ненадолго, – побледнев, пробормотал Жеребкинс.
Элфи на полсекунды оторвала взгляд от зонда.
– Говори, Жеребкинс. Что там находится?
Кентавра вдруг придавило грузом ответственности. Он подавлял это чувство с момента атаки зонда…
– Атлантида. О боги, Элфи, зонд летит прямо на Атлантиду.
Эльфийка снова перевела взгляд на четыре световых диска.
– Он сможет пробить купол?
– По крайней мере, зонд на это не рассчитан.
Элфи дала ему несколько секунд подумать над сказанным.
– Ладно, признаю, он уже сделал много такого, на что не был рассчитан.
– Ну и?
Жеребкинс что-то посчитал на экране, причем суть расчетов сумел бы уловить только Артемис, окажись он рядом.
– Возможность существует, – сказал он наконец. – От зонда ничего не останется, но, перемещаясь с нынешней скоростью, он вполне способен расколоть купол.
Элфи выжала из двигателя еще немного скорости.
– Мы должны предупредить Атлантиду. Орион, на экране ничего не появилось?
Единственный человек в капсуле поднял взгляд от экрана.
– Совсем ничего, принцесса, но вот этот огонек мигает очень настойчиво. Это имеет какое-то значение?
Жеребкинс заглянул ему через плечо.
– Вероятно, повредили в тоннеле корпус. Утечка кислорода.
У Элфи на мгновение обмякли плечи.
– Не имеет значения. Продолжаем преследование.
Жеребкинс сжал череп ладонями, пытаясь собраться с мыслями.
– Нет. Сейчас мы должны попытаться вырваться из кольца созданных зондом помех, а для этого надо подняться на поверхность.
– А если он изменит курс?
– Значит, он не попадет в Атлантиду и никто не утонет и не окажется раздавленным толщей воды. А если он решит развернуться и повторить попытку, все будут готовы.
Все существо Элфи восставало против отступления.
– Я чувствую себя так, словно мы бросаем жителей Атлантиды на произвол судьбы!
Жеребкинс указал на экран.
– Если скорость не изменится, зонд достигнет Атлантиды через три часа. Кислород у нас кончится через пять минут. Через шесть мы потеряем сознание, через двенадцать умрем и уже никому ничем не поможем.
– У меня немного кружится голова, – сообщил Орион. – Но я чувствую чудесное воодушевление и восторг. Кажется, я вот-вот придумаю рифму к слову «апельсин».
– Кислородная недостаточность, – объяснил Жеребкинс. – А может, он всегда такой.
Элфи снизила скорость.
– Мы успеем?
Жеребкинс вывел на экран сложное уравнение.
– Если немедленно поплывем обратно. Может быть. А если тот, кто все это затеял, догадался увеличить мощность глушилки, то нет.
– «Может быть» – лучшее, на что ты способен?
Жеребкинс устало кивнул.
– Самое лучшее.
Тремя уверенными движениями Элфи развернула капсулу.
– Лучшие шансы за весь день, – сказала она.
Гонка продолжалась, но стала не совсем обычной – теперь соперники убегали друг от друга. Цель была проста: когда стало известно, куда направлялся зонд, у Элфи оставалось всего шесть минут на выведение капсулы из кольца помех. Не говоря уже о том, что иногда приятно и подышать. К счастью, зонд погружался по крутой траектории, поэтому обратный вектор бота получался таким же. Если им удастся вырваться на поверхность до истечения шести минут – идеально. Станут посылать сигнал, пока Гавань не примет сообщение. Если нет, то в спасботе не имелось ни автопилота, ни мощного передатчика, поэтому зонд окажется над сторожевыми башнями Атлантиды прежде, чем его кто-нибудь заметит, и к тому же – какая неприятность – сами преследователи умрут.
«Странно, – подумала Элфи. – Даже пульс не участился. С момента знакомства с Артемисом Фаулом балансировать на грани жизни и смерти стало для меня почти привычным делом».
Она искоса посмотрела на романтика с лицом Артемиса Фаула, и тот почувствовал на себе ее взгляд.
– Пенни за ваши мысли, принцесса. Хотя они стоят гораздо больше.
– Я хотела, чтобы ты исчез, – прямо ответила Элфи, – а к нам вернулся Артемис. Он нам нужен.
Орион хмыкнул.
– Мысль оказалась не настолько ценной, как я предполагал. Почему вы хотите вернуть Артемиса? Он низко и подло относился буквально ко всем.
