— Да. Атланты проводили генетические эксперименты, направляя человеческую эволюцию в течение семидесяти тысяч лет — с самого момента катастрофического извержения Тоба, едва не повлекшего полнейшее вымирание человечества. Мы полагаем, что испанская инфлюэнца восемнадцатого года — результат ошибки с их стороны, и была вызвана излучением одного из их устройств, прозванного Колоколом. Кейт Уорнер — женщина, с которой ты только что познакомилась, — излечила чуму. Она дочь ветерана Первой мировой войны, нашедшего Колокол. Во время испанки он поместил ее мать, умершую во время эпидемии, в воскрешающую трубу в другой части этого судна. Родилась Кейт в семьдесят восьмом году. Ее отец бесследно пропал в восьмидесятых. Доктор Мартин Грей удочерил ее. Он был организатором и председателем совета директоров группы «Преемственность». Меня он завербовал в начале девяностых на конференции, в которой я принимал участие. Грей умер во время чумы.
— Ты доверяешь этим людям?
Пол оглянулся.
— Да. Ну, если точнее, то Кейт, а после спасения на горе, сказал бы, и остальным тоже.
— По-твоему, мы должны поделиться с ними тем, что нам известно?
— Несомненно. Тут все переплетено — «Преемственность», Чума, все то, над чем я всегда трудился…
Мэри на минутку примолкла.
— В таком случае, я бы сказала, оно того стоит.
Пол проводил взглядом Мэри, проследовавшую через двустворчатые двери в коридор.
Он тоже не сомневался, что оно того стоит — вплоть до этого мгновения.
Кейт просматривала результаты полного диагностического обследования, проведенного кораблем, когда Пол и Мэри вошли в конференц-зал в сухой одежде, которую она им дала.
Дэвид, Соня и Мило сгрудились в торце высокого стола, сортируя армейские пайки, оружие и боеприпасы. Первым делом Пол обратился к Дэвиду:
— Еще раз спасибо за наше спасение.
— Нет проблем.
— Мы хотели бы поделиться с вами кое-какими сведениями, ради которых, собственно, мы сюда и прибыли, — сообщил Бреннер, кивнув Мэри.
Представившись, та вкратце поведала о себе, что она радиоастроном, специализировавшийся на поиске и анализе признаков существования внеземной жизни.
— Около двух недель назад радиотелескоп поймал упорядоченный сигнал. Шифр.
— Это невозможно! — воскликнула Кейт.
— Я убедилась лично.
— У вас есть копия сигнала?
— Да. — Мэри продемонстрировала флешку. — Он состоит из двух частей. Первая часть — двоичная последовательность — состоит из двух чисел: точное местоположение Земли. Вторую часть составляет код из четырех значений.
Кейт попыталась получить доступ «Альфы» к бакену в надежде удостовериться в наличии сигнала.
Дэвид будто понял, что она делает, посмотрев на нее с выражением, словно говорившим: «Удели внимание нашим гостям».
Но не успела она и рот раскрыть, как встрял Пол:
— Почему вы сказали, что это невозможно?
— Двое ученых-атлантов, прибывших сюда сто пятьдесят тысяч лет назад, чтобы изучать пралюдей на этой планете, в рамках стандартной процедуры установили бакен, фильтрующий видимый нами свет и блокирующий все передачи на Землю и с Земли.
Заметив, что Мэри готова вот-вот расплакаться, Кейт осведомилась:
— Что стряслось?
— Ничего… просто моя душа коллапсирует, как нейтронная звезда, — ответила Мэри.
Кейт сочла подобную метафору чересчур надуманной.
— А зачем они поставили бакен? Зачем эта игра в прятки? — полюбопытствовал Пол.
— Для защиты. Ученым было известно о ряде угроз, имеющихся в Галактике…
— Какого рода… — начал было Дэвид, но Кейт его оборвала:
— Не знаю. Этого в моих воспоминаниях нет.
Прежде чем кто-либо успел поинтересоваться, доктор Уорнер растолковала, что по причуде судьбы родилась в 1978 году с воспоминаниями одной из ученых-атлантов — только теми, которые другой ученый, доктор Артур Янус, хотел оставить ей при воскрешении.
— Итак… — произнесла Мэри. — Эти ученые или вы…
— Только ученые, — поправила ее Кейт. — Я лишь видела воспоминания о том, что они сделали.
— Да, действительно. Бакеном они защищали нас или себя?
— И то и другое.
— Тогда как же пробился этот сигнал?
Кейт воспользовалась своей связью с «Альфой», чтобы подключиться к бакену. Орбитальная станция связи записала входящий сигнал и позволила ему пройти. Но обнаружилось кое-что и более удивительное.
— Это правда, две недели назад была передача. Исходящая. Послание, отправленное с бакена.
— Кем? — спросил Дэвид.
— Должно быть, Янусом, — предположила Кейт. — Когда вы с ним вошли в корабль атлантов, чтобы спасти меня. Когда Дориан спас Ареса.
— Ты видишь его передачу? — осведомился Дэвид.
— Нет. Должна бы, но доступ к сообщению отсюда ограничен. Почему — не знаю. Не исключено, что повреждения, полученные кораблем, повредили интерфейс.
— А что за другой сигнал? — поинтересовалась Мэри.
Кейт попыталась получить доступ к бакену, но и он был ограничен. Однако…
— Это послание атлантов.
— Как такое может быть? — удивился Дэвид.
— Не может.
