– Это хороший или дурной знак, что Роджерс улетела обратно? Сколько вы ещё собираетесь держать меня в изоляции?
– Леон… – начал Тим, но тут же смолк. В свете прожекторов мелькнула стайка глубоководных креветок, но вскоре отстала. – Ты нам больше не доверяешь, да?
– Тебя это удивляет?
– Нет, – сдавленно ответил Тим, не глядя на Леона, и стал настраивать рацию, по которой как раз передавали результаты измерений. Услышав знакомый голос, Леон обрадовался:
– Это же Патрик – Патрик Лотон!
Тим кивнул:
– Он управляет «Си-Линком». После закрытия «Бентоса II» его отправили работать сюда. Догадываюсь, о чём ты сейчас подумал… Нет, он не в курсе, чем мы тут занимаемся. Знают только техники, бурящие скважину.
– Ты уверен? – сухо спросил Леон. – Патрик, знаешь ли, не идиот. И не слепой.
– Если он что и заметил, то, во всяком случае, никому не рассказал, – раздражённо ответил Тим. – В отличие от тебя. Да, мы знаем о том журналисте – он звонил в главный офис в Сан-Франциско. Хорошо, что это был всего лишь местный репортёр. Вряд ли он стал копать глубже.
Леон смущённо промолчал.
Девятьсот пятьдесят метров – они приближаются к дну. Теперь Леон разглядел то, чего не заметил в прошлый раз, проплывая мимо в окси-скине. Прожекторы батискафа осветили какую-то сложную металлическую конструкцию на дне – наверное, специальное оборудование для бурения скважины: нагромождение труб и проводов, увенчанное решётчатой башней, едва различимой в желтовато-мутной воде, и турбину с толстым электропроводом, ведущим на сушу.
Рядом со скважиной Леон увидел батискаф «Си-Линк», в кабине которого сидел Патрик. Судя по всему, они с бортовым техником ремонтировали конструкцию железными манипуляторами батискафа.
– Мы уже почти устранили последствия первой аварии, – сказал Тим.
Леон мрачно разглядывал то, во что превратился «чёрный курильщик» на Лоихи в ходе проекта «Горячие источники».
– Тим, ты же морской биолог, – выдавил он. – Неужели тебе не больно всё это видеть? Помнишь, как мы с тобой восхищались буйством жизни у жерл вулканов возле Галапагосских островов?
– Такие жерла всё равно недолговечны, – уклончиво ответил Тим, пригладив ладонью волосы.
– Может, и так. Но сколько лет пройдёт, пока исчезнут смертельные зоны, возникшие из-за вашей аварии? Если они вообще когда-нибудь исчезнут. – Леон не ждал ответа – его просто не было.
Наблюдая за другим батискафом, он заметил, как сильно соскучился по экипажу «Бентоса II». Леон не забыл, как Патрик подбадривал его по пути к «Фетиде».
– Можно мне поздороваться? – спросил он и, не дожидаясь ответа, надел гарнитуру и включил рацию.
– Патрик, это Леон. У вас всё нормально?
– О, привет! Да это же Октобой! – обрадовался Патрик. – Здо́рово, что ты снова на борту.
– Да, – ответил Леон. – Не знаю, правда, стоит ли этому радоваться: этот проект «Горячие источники»…
Тим тут же прервал соединение, но они ещё успели услышать ответ Патрика:
– «Сомнение неприятно, но состояние уверенности абсурдно», – как сказал несколько сотен лет назад Вольтер. Пожалуй, напишу кое-кому из менеджеров ARAC.
И тут Леон почувствовал, что один из каркасов слегка колеблется. Вибрирует. Моретрясение! А без Люси он ничего не заметил!
Тим, вскинув голову, выругался себе под нос:
– Чёрт, этого ещё не хватало! – Торопливо переключив пару рычажков, он опорожнил балластные цистерны «Морея» и приготовился к всплытию. – Пора убираться отсюда.
Но когда Леон взглянул через купол из оргстекла на скважину, у него отвисла челюсть. Он понял: что бы они сейчас ни предприняли – уже поздно.
Слишком поздно.
Карима с кусочком сасими из лосося в одной руке и муляжом бомбы в другой казалась себе жутко нелепой.
– Сегодня годовщина смерти моего отца, – серьёзно пояснил азиат. – Он погиб ровно пятнадцать лет назад во время цунами в Окинаве[50].
Далила, озабоченно косясь на Кариму, подошла на пару шагов ближе:
– Хироки, простите нас, пожалуйста. У нас с Артуром просто из головы вылетело. Мы, конечно, с удовольствием с вами пообедаем – только… э… может, сначала уладим вопрос с бомбой?
– Да, разумеется. – Хироки аккуратно поставил поднос с сасими, подошёл к Кариме и после недолгого перетягивания отобрал у неё «бомбу».
– Эй! – слабо запротестовала Карима, но тут Артур железной хваткой сжал её запястья.
– Можно запереть её в одной из пустых кают, – прорычал он. – Зря ты сюда сунулась, девочка. Здесь всё новёхонькое – если оставишь хоть
– Успокойся, Артур, ничего она с твоей станцией не сделает, – перебила его Далила. Держа обеими руками муляж, она с брезгливой гримасой оторвала кусок намокшего картона. – Эта штука даже собачью конуру не разнесёт. Пойду отведу девочку в каюту – пусть посидит там, пока её не заберут родители, копы или ещё кто. Артур, а ты, кажется, собирался поддерживать связь с «Си-Линком»?
Обиженно надувшись, зубастый ушёл – теперь вместо него Кариму держала Далила. Но её хватка была куда менее грубой, а после ухода мужчин она вообще разжала руки и, к удивлению Каримы, вытащила из-за пазухи трискелион.
