Истопник провел по экрану циферблатом. Из ниши панели выскочили краники с алкоголем на выбор. Открыв колпачок возле циферблата, он залил во внутренний карман жидкость. Ощутил, как прохлада растеклась по предплечью.
– Этому нужно положить конец, – уверенно заявил Коньячный. – Пойдем к нашим.
Они подошли к дальнему углу, оттуда уже поднялся Финиковый и спешно приближался.
– Где ты бродишь? – досадливо сказал. – В Тартаре был?
– Нет еще.
– Нашел время булки вялить.
– Вы еще полобызайтесь здесь, – ворчливо вставил Каштановый. – Садитесь скорее, дела нужно обсудить.
Истопник обвел всех взглядом. Чумазые, черномазые, с блестящими склерами и сухими, как бок дыни, затылками. Расходный материал для выживания вида.
Мухоморный пристально наблюдал, как усаживался истопник. Выдержал паузу.
– Итак, – многозначительно повысил голос. – Подтянулся новый боец, потому повторим схему.
– В сотый раз уже, – вставил со смешком Финиковый.
– Американцы нашептали, – продолжал Мухоморный почти шепотом, отчего все склонились. – Завтра в полдень прибывает груз. Это если без проволочек, разумеется. А они возникнут, это как пить дать. Потому ориентируемся к часу-двум пополудни. Возле дока дадут один длинный и три коротких гудка. Условный сигнал. Церберы ничего не сообразят, а мы будем начеку. Оружие хранится в железных ящиках, запечатанное. Но достаточно одного-двух хороших ударов по замку – и крышки можно срывать. Ставим бомбы строго у правых стен. Пробиваем ниши между секторами. Одновременно уничтожаем церберов. Хоть зубами шлемы им прогрызайте, это не имеет значения. Крайне желательно добыть десяток спецкомплектов. Думаю, это реально. После захвата Печи останавливаем сжигание. Полностью. Нам терять нечего, а хрущи без энергии загнутся или выползут из норы. Так что ждем делегацию из Тартара. Выдвигаем свои условия – и пусть только попробуют не согласиться. – Мухоморный замолчал, затем веско добавил: – Вот таков план.
– С этими не очень ясно, – истопник мотнул головой в сторону церберов. – Сколько их будет? Что их берет? И насколько они опасны вообще? Ходят слухи, что внутри нет людей, что это роботы. И также ходят слухи, что их спецкомплекты неуязвимы. Тогда нам гайки.
– Роботы или нет, пусть даже клопы собачьи, но без спецкомплектов церберы просто безмозглое и жалкое нечто, – заверил Мухоморный. – Всего вокруг Печи сто секторов. На каждый сектор приходится по два цербера. Еще один на подмене. Итого их триста. А нас на момент рабочей смены будет порядка двух тысяч. Допустим, часть инертна, часть зароется в мусор. Но даже при худшем раскладе тысяча кочегаров вступит в схватку.
– Орава голодранцев, – хмыкнул Финиковый.
– Тысяча не так уж плохо, – сказал истопник. – Но надо учитывать, что церберы защищены, откормлены и свежи. Или, повторюсь, роботизированы. А мы и вправду полудохлые, облезлые сморчки. Много народу поляжет, слишком много.
– Что у них с оружием? – нервно спросил Каштановый.
– Кроме электрической дубины, мы ничего не видели, – огорченно произнес Мухоморный. – Опасаюсь, что-нибудь похлеще у них все же припасено.
– А у нас что с оружием?
– Прежде всего лопаты. Если с размаху залепить лопатой по руке – то можно и отрубить. При этом, кстати, нельзя касаться самой дубины, пока она подсвечена. При средней мощности попросту оглушит, а при максимальной разряд отбросит на несколько метров и, как правило, вырубает.
– Так а что привезут?
– Ручные гранатометы, взрывчатку. Это то, что будет точно. Ну, еще автоматы, наверно, пистолеты.
– А камней мешок они не привезут? – проворчал истопник. – Против спецкомплектов древнее оружие беспомощно.
– Вот как влепишь с «граника» по церберу в упор, посмотрим, что от него останется, – злорадно заверил Мухоморный.
– Бойня какая-то намечается, – рассеянно подытожил истопник.
– Не припомню, чтоб ты раньше таким рьяным пацифистом был, – хмыкнул Мухоморный. – Может быть, станешь на колени и упросишь их сдаться? Слышал, ты уже тренировался сегодня.
– Ладно, захватили мы Печь, – встрял Финиковый. – Останавливаем сжигание. А что же делать тогда с вертолетами?
– И вправду, – добавил истопник, строго смотря на Мухоморного. – Даже если мы перестанем вкидывать мусор, вертолеты со своими химикатами поддадут густого дыма.
– Да, поддадут, – кивнул Мухоморный. На секунду задумался, нахмурился. – Потому мы их собьем.
– Там ведь наши.
– Я уверен, они с готовностью погибнут за правое дело.
– А они в курсе?
– Это не имеет значения.
Истопник хотел что-то сказать, но раскашлялся. Кашлял он долго, мучительно, натужно.
Спустя время, отечный и придушенный, он вернулся к заседающим. Оказалось, что все сидели и молча ждали, пока закончится его приступ. И все пристально смотрели на него.
Мухоморный первый нарушил тишину:
– Складывается впечатление, что ты начал осуждать нашу затею, – с едва скрываемой иронией в голосе сказал.
– Нет, не осуждаю, – хриплым голосом ответил истопник. – Просто план сырой и непродуманный.
– А он и не может быть продуман до конца, – вставил Финиковый.
