| Then followed a sort of melee, if such a term can be applied to a struggle between two in which no efforts were strictly visible, the limbs and bodies of the combatants assuming so many attitudes and contortions as to defeat observation. | Затем произошло нечто вроде свалки, если это слово можно применить там, где в борьбе участвуют только два человека. Тут уж ничего нельзя было различить, ибо тела бойцов принимали такие разнообразные позы и так извивались, что совершенно ускользали от наблюдения. |
| This confused but fierce rally lasted less than a minute, however; when, Hurry, furious at having his strength baffled by the agility and nakedness of his foe, made a desperate effort, which sent the Huron from him, hurling his body violently against the logs of the hut. | Эта беспорядочная и свирепая потасовка продолжалась, впрочем, не больше минуты. Взбешенный тем, что он оказался бессильным против ловкости обнаженного врага, Непоседа отшвырнул от себя гурона, и тот ударился о бревна хижины. |
| The concussion was so great as momentarily to confuse the latter's faculties. | Удар был так жесток, что индеец на секунду потерял сознание. |
| The pain, too, extorted a deep groan; an unusual concession to agony to escape a red man in the heat of battle. | Из груди его вырвался глухой стон - несомненное свидетельство того, что краснокожий совсем изнемог в битве. |
| Still he rushed forward again to meet his enemy, conscious that his safety rested on it's resolution. | Понимая, однако, что спасение зависит от присутствия духа, он снова ринулся навстречу противнику. |
| Hurry now seized the other by the waist, raised him bodily from the platform, and fell with his own great weight on the form beneath. | Тогда Непоседа схватил его за пояс, приподнял над платформой, грохнул об пол и навалился на него всей тяжестью своего огромного тела. |
| This additional shock so stunned the sufferer, that his gigantic white opponent now had him completely at his mercy. | Индеец, совершено оглушенный, очутился теперь в полной власти бледнолицего врага. |
| Passing his hands around the throat of his victim, he compressed them with the strength of a vice, fairly doubling the head of the Huron over the edge of the platform, until the chin was uppermost, with the infernal strength he expended. | Сомкнув руки вокруг горла своей жертвы, Гарри стиснул их с таким остервенением, что голова гурона перегнулась через край платформы. |
| An instant sufficed to show the consequences. The eyes of the sufferer seemed to start forward, his tongue protruded, and his nostrils dilated nearly to splitting. | Секунду спустя его глаза выкатились из орбит, язык высунулся, ноздри раздулись, словно вот-вот были готовы лопнуть. |
| At this instant a rope of bark, having an eye, was passed dexterously within the two arms of Hurry, the end threaded the eye, forming a noose, and his elbows were drawn together behind his back, with a power that all his gigantic strength could not resist. Reluctantly, even under such circumstances, did the exasperated borderer see his hands drawn from their deadly grasp, for all the evil passions were then in the ascendant. | В это мгновение кто-то ловко продел лыковую веревку с мертвой петлей на конце между руками Непоседы. Конец проскользнул в петлю, и локти великана оттянулись назад с такой неудержимой силой, что даже он не мог ей противиться. |
| Almost at the same instant a similar fastening secured his ankles, and his body was rolled to the centre of the platform as helplessly, and as cavalierly, as if it were a log of wood. | Тотчас же вторая петля стянула лодыжки, и тело его покатилось по платформе, беспомощное, как бревно. |
