– Обязательно пугать меня, да? – осерчала Анна и отвернулась. – У нас дочь, и у неё не будет жизни, что ли?
– Может и такое случиться. Потому ты уже сейчас моли Господа и твоего Аллаха не допустить такого несчастья. Я тоже помолюсь, как без этого? Можно ещё положиться на кормчих и гребцов. От них тоже что-то зависит. Прорвёмся, не тревожься.
Анна с осуждением смотрела на беспечное лицо Егора.
– Егорка, а ты не забыл про нашу «Звезду»?
– Постоянно об том думаю, моя дорогая Анюта! Как не думать!
– Что же ты надумал? – с любопытством спросила Анна.
– Вот жду, когда судоходство откроется. Надо подгадать к отплытию, а то беда может у нас случиться. Так что подождём малость. Я уже узнал, когда первое судно намерено выходить из устья Дона. Дель Витте тоже спешит в Кафу. Дела у него там.
– Хорошо, что не одни будем туда идти, – вздохнула Анна.
И вот назначен день отхода судна, не больше недели.
– За это время мне надо успеть многое, Анна, – говорил Егор. – Поквитаться с жидом и забрать «Звезду». Потому мне надобно быть в Тане, а ты жди меня здесь. Я постараюсь долго не задерживаться. А ты не волнуйся, я тоже хочу пожить по-новому.
– А вдруг с тобой что случится? – в испуге спросила Анна. – Что тогда со мной будет? Как я с Леночкой управляться стану?
– Управишься! Ты баба ушлая, сумеешь прожить. Охмуришь какого-нибудь богатого италийца и здорово заживёшь с ним и дочкой нашей.
– Ну и дурак ты, Егорка! – озлилась Анна. – Такое мне предлагаешь!
– А что такое? Первый раз, что ли! Сладишь, куда ты денешься! И нечего прежде верещать и панику разводить. Ещё ничего не случилось!
Анна испугалась дальше раздражать Егора и примолкла, погрузившись в свои невесёлые мысли о морском переходе. Уж очень её страшило море.
А Егор, договорившись с кормщиком о поездке в Кафу, отправился на арендованной лошади в Тану выполнять свои задумки.
По дороге он постоянно всё обдумывал и даже вслух говорил на италийском языке. Он сильно его улучшил и теперь почти свободно понимал его. С разговором оказалось намного хуже, но объясниться всё же мог. Даже узнал один город во Франции. Ему показалось, что прикинуться франком будет удачной идеей. Дель Витте дал ему запомнить несколько слов по-франкски. Это Егора забавляло.
Он медленно проехал мимо старого домишка, где они прежде жили. Там уже ютились другие жильцы. Проехал и мимо лавки еврея ювелира, и ненависть вдруг нахлынула на него странно быстро и сильно. Затем посетил дом старого знакомого и друга дель Витте. Синьор Спанелли удивился, завидев Егора, и не узнал его. Лишь потом воскликнул приветливо:
– Ба! Да это же Егорий! А где твоя супруга, прекрасная Анна? Мы без неё, признаться, скучали! Очень приятная синьора! Проходи же!
– А у меня к вам письмо от дель Витте, синьор, – протянул Егор трубочку с бумагой. – Наверное, передаёт вам привет и отчёт. Так мне показалось.
– Да ты прилично уже говоришь, Егорий! Поздравляю. А как поживает синьора Анна? Жаль, что ты её не привёз. Она тоже выглядит по-итальянски?
– А как же, синьор Спанелли! Она ведь сразу стала меня склонять к вашим обычаям жизни, особенно в одежде. Даже намекнула о переходе в вашу веру, синьор.
– О! Егорий! Это было бы верхом моего удовольствия! Поторопитесь, это будет для вас большой удачей, и дела ваши пойдут намного лучше.
– Раз так, то ради дела я готов принять ваше предложение, синьор! А то на самом деле дела мои идут весьма плачевно. А у меня дочь растёт.
Спанелли пригласил Егора отведать вина с лёгкой закуской, и парень в который раз подивился вкусам италийцев, особенно вина. Оно не обжигало рот, оставляя приятный привкус на языке. И цвет! Вино просвечивало густо-красным в диковинном стеклянном бокале, которых Егор ранее и не видывал. Он вспомнил, что даже Анна изредка могла себе позволить немного вина за обедом. Но потом мысли вернулись к еврею, и парень поспешил проститься, обещая обязательно опять заглянуть.
День клонился к вечеру, и Егор устроился на ночлег на постоялом дворе, где отрекомендовался французским купцом. Хозяин с подозрением оглядел гостя, но промолчал. Постоялец выглядел вполне прилично и явно был при деньгах.
Ночью Егор спал плохо, всё продумывал предстоящую встречу с жидом. И «Звезда»… Она беспокоила его всё больше. Вдруг кто нашёл её – и тогда все мечты о лучшей жизни пойдут прахом. Потом он тихо встал, прислушался. Всё было спокойно, и парень вышел из своей каморки. Он не раздевался и потому времени не терял.
В палисаднике прежнего дома он некоторое время оглядывался. Было далеко за полночь, и людей не ожидалось. Легко перемахнул через низкий плетень и присел, вслушиваясь в темноту. Тихо!
Широким ножом Егор потыкал почву. Она была достаточно рыхлой, и вскоре он нащупал днище разбитого кувшина, под которым и лежала «Звезда». Развернул кусок кожи и ощупал украшение. Оно самое! Облегчённо вздохнул и торопливо засыпал ямку землёй.
Сердце сильно стучало в груди, отдаваясь в шее у горла. Тишину ничто не нарушало, и он осторожно перелез назад, в переулок. Ценность запрятал глубоко в карман штанов.
