Я их «срисовал» сразу после полудня, но не спешил этим хвастать. Если бы я каждому дружелюбному парню доверял, то и первый год войны не пережил бы.
— В Марракеш идешь, или тут чего ищешь?
— Иду в Марракеш, но и тут ищу.
Парни помолчал.
— Смотри, как знаешь… Но может чем и сможем помочь…
— Без обид, ребята, но вы мало похожи на благотворительную организацию.
— Не думаю, что мы ее хоть чем-то напоминаем. Но если наши интересы не пересекаются, то гадить друг другу вовсе не обязательно. Никогда не знаешь, как жизнь повернется.
Свенсон был записным философом хорошей деревенской закваски. Мало-помалу мы разговорились и вот тут он меня сильно удивил.
— Шляются здесь какие-то… не конкретно здесь — ближе к Марракешу. Вернее даже к полуострову. Думаю, что у них есть схорон где-то в горах — там-то можно надежно спрятаться. Но это странные ребята.
— И чем же это они такие странные?
— Ну, во-первых, их никто не видел…
— А ты?
— Я видел. Но увидел-то я их случайно. Нас ведь только двое, так что и ходить тут мы можем быстро и неприметно. Вот как-то и нарвались. Три десятка человек их было.
— Это точно люди были?
— Люди. Ну, полуэльфов несколько было…
— Погоди. Ты точно уверен, что это люди? Может…
— Да что я людей от кого-то еще не отличу? Ни на кого больше они не были похожи. Люди и есть. Но… ловкие очень парни. Сноровистые. Я сразу подумал, что разведчики. Их ищешь? — Не знаю. Дальше говори. Что, думаешь, разведчики?
— Не. Я с армейской разведкой сталкивался. Там ребята и поухватистее, и как-то конкретнее. Вроде тебя. Всегда точно знают, чего хотят, и действуют без лишних движений и эмоций. А эти… не армейские… Вот полуэльфы, те, может, и из разведки.
В разведке полуэльфов не было. Ни в нашей, ни в королевской. Полуэльфов даже просто в армию стали призывать только года за четыре перед концом войны. Больно уж ненадежные союзники. Всегда у себя на уме и догадаться, что там они себе задумывают просто невозможно. А если уж полуэльф чего и решил, то это решение у него из мозга никаким гвоздодером не выдерешь. По-моему инстинкт самосохранения у них попросту отсутствует. Они вроде росомах, которым даже медведь дорогу уступает. Связываться не хочет, потому как себе дороже обойдется. Победить — победит, но такой ценой, что победа смысл утрачивает.
— С чего так решил?
— Они вроде как половчее были. И, навроде, как за главных. Мне так показалось. Но мог и ошибиться. Они тоже… странными были.
— А странность в чем?
— Ну, во-первых, черные… Я еще подумал, что папашка этой троицы моей масти был.
Эрл был настолько черным, что сейчас, в отблесках костра, я видел только его зубы и белки глаз.
— Ты много черных полуэльфов видел? Вот и я немного. А чтоб трое за раз… И еще волосы у них были… Я вначале подумал, что седые, но где ты видел седых эльфов или полуэльфов?
Я видел седых эльфов. И полуэльфов тоже. Но я вообще до фига чего в жизни видел.
— Так что с волосами?
— Белые они. Абсолютно белые. Даже серебром чуть отливают. У всех. Может братья?
— Может. А ты уверен, что они полу-, а не настоящие эльфы?
— Конечно. Где ты таких эльфов видел?
— Постой. Представь на секунду, что они покрасили себе волосы, искупались в гуталине… А вот если бы они были обычного цвета, с обычными волосами — они походили бы на эльфов?
Эрл на какое-то время задумался.
— Нет. — Он тряхнул головой. — Не похожи. Говорю тебе — полуэльфы. Я хорошо разглядел. Правда, один больше других на эльфа смахивал, но «больше других» это не значит, что он на эльфа был похож. Просто остальные походили еще меньше.
— Ладно. — Я не особо поверил ему. В конце концов этих дроу никто не видел… Бран мог приврать… я мог не так его услышать или понять. — Ты обмолвился, что их никто, кроме тебя не видел. Так откуда все эти байки?
— Нет, ну, может кто и видел, просто я таких людей не встречал. А что до баек, так на то они и байки… Вон по ту сторону хребта все о Дикой охоте рассказывают… А ее кто видел?
Думаю, что Дикую охоту кое-кто все же видел, но вот узнать подробности уже не получится. Мертвые, как правило, не особо общительны.
— Все таки… Может, хоть что-то? Грабежи на дорогах? Сожженные веси? Следы какие-то, в конце концов? Кострища? Следы от копыт? Ты говорил, что там три десятка было. Даже в этих буреломах что-то должно было остаться.
— Ни грабежей, ни деревень ограбленных не было. Точно. На этих землях восемь команд работает и мы стараемся, чтоб дорожки не пересекались. Чужие тоже забредают, но их сразу вычисляют и отлавливают. Тут, знаешь ли, не скатерть-самобранка, чтоб прикармливать кого ни попадя. Кострища? Следы? Да кто на это внимание обращать будет? Но я ведь на той поляне был еще раз. Дня через три. Не специально, просто мимо проезжали. Так там никаких следов не было.
Я даже уточнять не стал. И как-то не удивило меня отсутствие следов.
