Дрожащими руками Феликс поднял свой меч. Сейчас клинок казался ему гораздо тяжелее, чем прежде. К этому весу прибавлялись и тяжелые мысли, которые стали наполнять его голову, словно стремительно прибывающая вода, грозившаяся утопить его. Вот так и закончится его история, но тогда пусть она закончится ярко, и так, как этого захочет сам никс! Набрав в грудь побольше воздуха, Феликс проревел:
— За Шторм!
Эти простые слова придали ему гордой уверенности, и он ринулся на врага. Удар меча пришелся точно в центр живота ближайшего противника, который просто стоял и с пустым видом смотрел, как на него мчится маленький разъяренный человечек. К удивлению Феликса, враг даже не думал защищаться или отступать. Он лишь неуклюже взмахнул своим мечем, словно пьяница, отгоняющий назойливую муху. Выдернув меч из живота противника, Феликс отступил на несколько шагов назад. Его враг еще несколько мгновений стоял на ногах, а затем рухнул на землю, будто марионетка, которой обрезали нити.
Быстро оценив ситуацию, Феликс подскочил к следующему противнику, обрушив клинок на его голову. На этот раз удар попал точно в центр лица, содрав с врага намотанные тряпки. Под ними оказалась абсолютно лысая голова, без бровей и ресниц, с точеным и непривычным лицом с гладкой и красивой кожей. Не раздумывая, Феликс еще раз ударил мечом, рубанув им бледную шею. Победа над вторым противником наполнила его сердце уверенностью, и по венам Феликса побежала горячая кровь, словно от кружки хорошего северного вина.
— «Обо мне сложат песню!» — внезапно подумал Феликс, ловко уклоняясь от вялого выпада третьего противника. — «Песню, про храброго Феликса, который в своем первом в жизни сражении смог победить сразу двух воинов претора! Хотя, нет! О добрые боги, целых трех!»
В этот момент третий противник был сражен ударом в шею. Оглядываясь по сторонам в поисках нового соперника, Феликс внезапно оцепенел и застыл на месте. Из-за деревьев медленно, словно прогуливаясь, выехал темный всадник. Он был облачен в черные, источающие зло латы, на которых были выгравированы непонятные руны, светившиеся тусклым замогильным светом. На закрытом шлеме находилась уродливая корона, зубья которой больше походили на обгорелые ветки или корни, сплетенные между собой в сухой и невзрачный венок. Корону обрамляли черные перья, которые были расположены в хаотичном порядке по всему ободу. Наводила ужас и вороная лошадь, которая также, как и всадник, была облачена в окутанные мраком доспехи с тусклой гравировкой, и было видно лишь ее безумные закатившиеся глаза, словно она только что увидела свою будущую смерть. Но самым странным и ужасающим был проникнутый духом зла кривой меч в руках всадника. Он был сделан из незнакомого Феликсу материала, больше напоминающий грубый обсидиан, нежели обычную сталь или бронзу. Так же Феликс услышал громкое шипение, доносившееся от этого страшного оружия, словно меч обвивали десятки невидимых змей.
Новая волна всепоглощающего страха нахлынула на Феликса, мигом смыв всю его браваду. Не чувствуя своих ног, и вмиг лишившись всех своих мыслей, он попятился назад, но запнулся о тело убитого им воина. Упав на землю, он выронил меч из ослабевших пальцев.
— «Я умру! Я умру!» — вспыхнуло у него в голове единственная мысль. — «Святая Силестия, Дочь Милости, помоги мне! Я же сейчас умру! Владыки…»
И тут он увидел перед собой чью-то руку. Еще один незнакомец вышел из-за его спины, неслышно, будто только что материализовался из воздуха. Он был облачен в потрепанную белую одежду, напоминающую рясу монахов. Как только первая волна удивления спала, Феликс понял, что на голове у незнакомца надет высокий белый колпак без прорезей для глаз, больше походивший на мешок, который надевают на головы висельников. И тут взгляд Феликса упал на меч, который этот незнакомый воин держал в руках. Вспышка молнии выцепила из темноты уродливое лезвие, покрытое коркой ржавчины и коррозией.
— Джаспер? — растерянно пробормотал Феликс. — Это ты?
Ответ последовал сразу же, что заставило Феликса невольно вздрогнуть. Голос был очень громкий, и казалось, что он исходит от деревьев, земли и неба.
— Спасайся, маленький вор. — разнеслось эхо над его головой.
В этот же момент меч в руках незнакомца вспыхнул белым пламенем, и фигура в колпаке резко рванулась на черного всадника. Когда их мечи соприкоснулись, волна сокрушительной силы разошлась во все стороны, на мгновение разметав капли дождя. Словно во сне, Феликс в полном недоумении поднялся на ноги, и немного постояв на месте, еще раз воскликнул:
— Это ты, Джаспер?!
Но незнакомец не ответил. Он снова обрушил меч, теперь уже на безумную лошадь всадника, одним ударом отрубив той голову.
