То, что с ним заговорили в таком дружелюбном, для правителей, тоне, придало Феликсу решимости, и он быстро встал на ноги. Теперь он будто бы оттаял от охвативших его тревог, и готов был вести долгие беседы, не боясь, что сболтнет чего-то лишнего. Сейчас он увидел, что король смотрит на него так, словно старался разгадать, что же прячется за личиной этого маленького человечка. Пока король молча рассматривал его, Феликс отметил, что у всех мужчин, как тех, что сидели сейчас возле короля, так и тех, которых он видел на улицах, не было бород. Их лица были гладкими, как у младенцев, зато прически у каждого были настоящими шедеврами искусства, а волосы ухожены и чисты. У некоторых из лордов в локоны были вплетены по несколько драгоценных гребней за раз.
— Нам уже давно стало известно, что Синэль Онуаль вновь вернулась на наши земли. — раздался голос короля, выведя Феликса из раздумий. — Знаешь ли ты, гость из далеких земель, какая сила сейчас таится в твоих руках?
— Мне не ведомы секреты всего мира, ваше звездное величество. — ответил Феликс, посмотрев прямо в глаза короля. — И ответить утвердительно на ваш вопрос было бы с моей стороны ложью. Но за долгое время я понял, что эта сила не из нашего мира, как и то, что подчинить ее не в моей власти.
Феликс увидел, как после его слов несколько приближенных мужчин обменялись с королем парой коротких и мелодичных фраз, которые он не смог понять. Некоторые усмехнулись, но не Валь-Фараюм. Его взгляд стал еще более любопытный.
— Мы слышим в твоих словах высокую речь. Ты говоришь не как простолюдин. — проговорил король, подавшись немного вперед. — Стоит ли мне думать, что передо мной стоит потомок благородных Леонхардов?
Феликс почувствовал, как на его лице против воли натянулась льстивая улыбка, и он тут же снова опустил голову, чтобы скрыть ее.
— Мне приятно услышать такие похвальные слова от вас, о правитель дивной страны, но боюсь, что во мне нет и капли благородной крови. Отец мой писарь, а мать — горничная, и с Леонхардами меня роднит разве что преданность к империи и родной земле.
И снова лорды рядом с Валь-Фараюмом стали переговариваться между собой на своем напевном наречии. Феликсу, который до этого не слышал подобного языка, было приятно просто слышать эту необычную речь, в которой сплеталась красота и сила.
— Ты низких кровей, но взваливаешь на себя бремя королей. — после недолгих переговоров сказал Валь-Фараюм. —
Феликс вновь посмотрел на красивое лицо Валь-Фараюма, которое все еще выражало доброе любопытство. Лица его приближенных также, по большей части, были наполнены добрыми знаками, и лишь у некоторых проглядывалась хмурая задумчивость.
— Для меня станет бесценным подарком узнать хотя бы малую часть тех древних секретов, с которыми я сталкивался на протяжении этого непростого пути, и с которыми мне еще предстоит встретиться. — сказал Феликс.
Прежде чем ответить, король быстро переглянулся с некоторыми из своих подданных.
— Перед этим мы хотели бы взглянуть на Синэль Онуаль. — сказал он, и в его серых глазах вспыхнули алчные нотки. Он еще сильнее поддался вперед. — Она ведь у тебя с собой?
Феликсу не понравился этот странный взгляд короля, будто в одночасье зал наполнили холодные ветра, сковав его своими ледяными объятиями, и в больших глазах правителя на секунду вспыхнул темный огонь. Но это наваждение быстро прошло, когда Фараиль окликнул своего отца, назвав его по имени. Взгляд короля сразу же стал мягче, а Феликс почувствовал невероятное облегчение. Кивнув, он стал развязывать ремешки на своей сумке, а затем вынул каменную табличку, прислонив ее к груди и развернув лицевой частью к трону.
Словно околдованный, Валь-Фараюм слепо поднялся со своего трона, вытянув перед собой руку, и остальные лорды тоже поспешили встать со своих мест. Феликс и опомниться не успел, как вокруг него столпились десятки высоких фигур, прожигающих жадными и восхищенными взглядами святую скрижаль у него в руках. За их спинами был слышен шепот, и Феликс скорее почувствовал, чем увидел, что и остальные, менее знатные люди из свиты, которые сидели вдоль стен зала, тоже встали со своих мест чтобы получше рассмотреть то, что сейчас твориться в центре. Феликс ощущал теплоту и успокаивающие вибрации скрижали, и сердце его очистилось от мимолетного страха, который налетел на него, стоило ему оказаться в этом кольце взглядов и роскошных одежд.
