Вальтиа стремительно вернулся к костру и, став на фоне огня лицом к югу, замахал руками. С минуту было тихо, затем донесся топот множества ног. Горец кратко рассказал Паладигу о завершенном деле, и вожак быстро отдал приказания. «Часовым», в том числе хетту у костра, было приказано продолжать свое занятие, горцу — вернуться на лестницу и подавать сигнал внимания криком ночной птицы, одному сирийцу с топором — стать у двери казармы на случай появления какого-нибудь полуночника, одному аму, хорошему стрелку — с луком в руках следить за поселком. Следовательно, семь азиатов, считая Гато, выпадали из работ по подготовке бегства.
Все было распределено заранее. Десять человек под предводительством Нафо кинулись к воде. Они перерубали канаты, прикрепляющие носы перевернутых лодок к тяжелым валунам, вновь опрокидывали лодки на киль и стаскивали в море (было решено захватить все восемь, а лишние утопить подальше от берега). Максимально высокий прилив заметно облегчал работу. Сам Паладиг подбежал к складам и принялся исследовать двери. Те оказались сделанными из толстых досок и окованными по краям медными пластинами, а на задвижках висели тяжелые бронзовые замки. Сломать такие двери без шума было невозможно. Но ассириец ощупал каменный порог, замыкающий проем снизу, и с радостью убедился, что брус не скреплен со стеной, а только врыт в землю. Трое тут же принялись отбрасывать песок и гальку в стороны, камень оказался погруженным в землю на половину локтя. Соединенными усилиями семи человек порог оттащили за склад, Паладиг подполз под дверь и раздул заготовленный факел. Он оказался внутри вещевого склада; здесь лежали принадлежности для плавания: весла, паруса, мачты и реи, бухты канатов, якоря, рыболовные сети. На стеллажах хранились кузнечные и плотничьи инструменты, доски, металлические заготовки, переносный горн и многое другое. Оружия, к великому огорчению, почти не было, лишь наконечники стрел и копий, погнутый меч и боевой топор с трещиной. Приказав вытаскивать наружу, под дверь, и сразу относить к лодкам самое необходимое, ассириец с двумя товарищами направился ко второму складу. Здесь дело оказалось хуже: порог был скреплен со стенами. Сгорая от нетерпения, вожак начал ножом подкапываться под камень, и это удалось почти сразу, так как слой земли оказался толщиной всего с ладонь. Проделав лаз, Паладиг начал осматривать помещение — это был продовольственный склад. Под потолком висели копченые окорока и куски сала, связки вяленой рыбы, бананов, лука, зелени. Внизу стояли бочки с мукой, крупой, маслом, финиками. В большом чане хранилась вода, видимо, для мытья посуды и овощей. На стеллажах была аккуратно разложена посуда: миски, ложки, кастрюли, сковороды, черпаки. Нашлась большая кастрюля с вылепленными сырыми лепешками, около сотни. Но прежде чем вожак закончил осмотр, прозвучал крик ночной птицы.
Минуты, только что летевшие, как безумные, тут же растянулись в часы. Факелы загасили, люди попрятались и замерли. Казалось, не будет конца этому томительному и тревожному ожиданию, представлялось невозможным, чтобы часовой ничего не заметил. Однако на этот раз все сошло. По-видимому, столь серьезная охрана назначалась лишь по традиции или же для поддержания дисциплины, а сами часовые относились к обязанностям небрежно. Вновь раздался сигнал, и работа закипела. Одни азиаты вытаскивали из складов все, что попадалось под руку, другие стремительно тащили добычу к лодкам. Уже шесть лодок покачивались на воде, удерживаемые якорями, когда Нафо дал команду на погрузку вещей. Трофеи сваливали, как попало, только в две лодки. Но рабочих рук катастрофически не хватало, и Паладиг со злостью думал о необходимости использовать семь здоровых мужчин для декорации. Кто-то предложил выпустить рабов и подключить их к работам, но предводитель сразу отверг эту идею. Пленных азиатов было всего трое, помощь будет небольшой, а негры, внезапно освобожденные, будут способны на какой-нибудь эксцесс — опыт мятежа в Та-Кемте был еще свеж в памяти.[34] Лучше напрячься самим.
