Если я скажу им, что это мы, что это изменит? Верховенство и так знает, где мы находимся.
«Да», – сказал я – и оставил все как есть.
Сообщение изменилось.
«Человек! – донеслось с той стороны. – Говорит Каури из киценов, капитан „Плывущего против течения“. Ты можешь связать меня со Спенсой?»
– Интересно, – сказала Аланик.
– Что именно? – спросил я.
– Что это кицены. По крайней мере, так они утверждают. Это еще одна раса, которую Верховенство относит к низшим. Кицены – маленькие пушистые существа, на вид мало отличающиеся от древесных белок, но они так же умны, как УрДейлы. Я никогда не встречалась с ними, но видела изображения. Они… восхитительны.
То есть я разговариваю либо с ловушкой Верховенства, либо с древесной белкой, которая знает Спенсу. Не могу сказать, какой из вариантов беспокоит меня сильнее.
– Хорошо, – сказал я. – Ты права – нам надо поставить в известность командование. Вопрос слишком важный, чтобы разбираться с ним самостоятельно. Надо сообщить о происходящем связистам и дать знать Стоффу.
– Ты уверен, что это разумно? – спросила Аланик.
Я не был уверен и не был готов действовать самостоятельно. Я всего лишь присматриваю за ССН для Кобба до того момента, как мы его отыщем.
«Я сейчас свяжусь с командованием и вернусь к вам», – сказал я.
«Мы с нетерпением ожидаем вашего возвращения!» – произнес голос.
– Если это и белка, она полна энтузиазма, – сказала Аланик.
– Это правда.
Я снова сосредоточился на вибрации передачи. Аланик сказала, что может переслать ее слизню Ладно для гиперсвязи, но я хотел научиться делать это сам. Я ждал, пока вибрация не станет знакомой, теперь я мог быстро найти мысли Аланик, когда звал ее. А затем я снова вернулся к Россыпи, где я мог повсюду чувствовать жужжание тейниксов, а затем к комнате, где мог чувствовать Аланик, сидящую рядом со мной.
Когда я вошел внутрь, проходя мимо разумов тейниксов на платформе, пространство вокруг меня внезапно стало ощущаться… более плотным, более неровным, как будто оно было заполнено сотней выступов. Они были там, а затем, когда я сосредоточился на них, неожиданно исчезли.
– Ты чувствуешь это? – спросил я.
– Что – это? – переспросила Аланик.
– Эту… структуру. Такое впечатление, будто в «нигде», кроме нас, появилось что-то еще.
– Что-то в «нигде»? Как глаза?
– Нет, не думаю, – сказал я. Скад, я надеялся, что то, что я почувствовал, не было признаком надвигающейся атаки делверов. – Может быть, это было не совсем в «нигде». Скорее чувствую что-то в «нигде», повсюду вокруг нас. Не цитоники, но…
Аланик посмотрела на меня и покачала головой:
– Я ничего не заметила. Сейчас я не чувствую здесь ничего, кроме тебя и слизней.
Может быть, мне это просто показалось. Мысль о том, что я теряю рассудок, почему-то была менее пугающей, чем мысль о чем-то новом, возникшем из ниоткуда и преследующем нас.
– Мне нужно поговорить с Куной и Стоффом, чтобы решить, что мы собираемся делать дальше. Если кицены действительно обращаются к нам, мы должны проследить за этим.
Какими бы ни были мотивы Стоффа, я надеялся, что он и дальше будет сговорчивым.
Аланик последовала за мной, чтобы присутствовать при разговоре со Стоффом, и я не стал ее останавливать. За Стоффом стояли все ССН, и мне хотелось немного увеличить число своих сторонников. Я позвал бы все звено, если бы думал, что это поможет.
Стофф сидел в своем кабинете – в отсутствие Кобба он оставил кабинет адмирала пустым; я воспринял это как еще один признак того, что он не собирается узурпировать должность Кобба.
– Мы перехватили передачу по гиперкому, сэр, – сказал я. – Некто по имени Каури ищет Спенсу.
– Это Верховенство? – спросил Стофф.
– Возможно, – сказал я. – Но они называют себя киценами. У нас есть координаты сообщения, так что мы можем попытаться связаться с ними по гиперсвязи, кто бы это ни был. В сообщении говорится, что у них есть наши люди и они хотели бы их вернуть. Это могут быть Кобб и миссис Найтшейд, но мы не знаем наверняка.
– Благодарю, – сказал Стофф. – Если вы настроите гиперсвязь, я поговорю с ними.
– Я хотел бы сам поговорить с ними, сэр. Мы с Аланик установили первоначальный контакт, и, если они действительно кицены, возможно, это еще одна группа, к которой мы могли бы обратиться по поводу союза. Кобб поручил нам создание союзов, поэтому мы должны иметь на это разрешение.
Я знал, что это было преувеличением, но старался не показывать, что знаю. Стофф вздохнул и окинул меня оценивающим взглядом. Я был почти уверен, что он взвешивал, сколько веревки он смог бы дать мне, чтобы я повесился, и при этом не выглядеть так, будто он был частью проблемы, когда вернется Кобб.
Но когда Кобб вернется, проблем не возникнет, потому что мы с самого начала делали то, чего он хотел.
– Хорошо, – сказал Стофф. – У вашей команды больше всего опыта общения с инопланетянами, так что вы можете заняться этим.
Аланик приподняла бровь. Вряд ли ей понравилось, что все, что мы сделали для их народа, назвали «общением с инопланетянами», но он, по крайней мере, не назвал их низшими.
