– Попытаться стоит, – согласился я. Если Стофф дал мне полную свободу действий… Скад, он ожидал, что это взорвется мне в лицо, и, возможно, он был прав. – По крайней мере, попроси команду посмотреть на нее.
– Пойду стучаться в двери, – сказал Тор.
Я закрыл глаза. Я втягивал Тора в свои дела. Снова. Если мы проиграем, он пострадает вместе с нами.
– Я не могу отдать тебе такой приказ.
У меня не было для этого полномочий.
– Йорген, – сказал Тор, – я прыгнул в один поезд с вами всеми, когда мы отправились на РеДаун. Уже немного поздно менять решение.
Он сжал руку ФМ и помчался по коридору к спальням.
Теперь все мы были в этом поезде, и это, прах побери, была моя вина. Мне казалось, что стены коридора смыкаются, сжимая меня, и я закрыл глаза.
– Йорген, – позвала меня ФМ.
Я не ответил.
– Скажи что-нибудь, чтобы я знала, что ты не разрежешь платформу на куски изнутри.
– Не разрежу, – произнес я.
Я могу это контролировать. И буду.
– Он подставляет нас, – сказала ФМ.
– Да.
– Он постарается выставить тебя негодяем, нарушающим приказы. В этом есть доля иронии.
Я не единственный, кто это видит. Это утешает.
– Только если что-то пойдет не так.
– Конечно, – согласилась ФМ. – Если мы преуспеем, он, вероятно, присвоит лавры себе.
Это он и собирается сделать.
– Ну так что, – спросила ФМ, – мы зовем звенья?
Именно это мне и следовало сделать. Остальные нуждались в нас.
Но я не мог сдвинуться с места. Я знал, что должен действовать, но разве я и не занимался этим прямо сейчас? Убегая с очередным набором не-приказов в сторону… чего? Неужели я в самом деле думал, что мы сможем уничтожить все ВВС Верховенства с помощью пары звеньев и одной платформы? Даже если Тору удастся переместить еще несколько платформ, есть ли у нас шанс? Мы победили на РеДауне, но это могло быть случайностью. Немного ложной надежды, предшествовавшей полному разрушению. Возможно, я вел всех, кто мне дорог, на смерть, и это были мой призыв, моя идея, мое решение…
Я не мог смотреть, как умирает кто-то, кого я люблю.
Мысленным взором я снова увидел, как взрывается корабль Верховенства.
ФМ схватила меня за руку, и я вздрогнул.
– Йорген, – сказала она, – поговори со мной. Ты снова начинаешь сходить с ума, а я вовсе не хочу, чтобы твои мысленные клинки нарезали меня кубиками.
Звезды, она что, боится меня?
– Извини, – сказал я.
– Не извиняйся. Ты не одинок. Я знаю, что ты так думаешь, но это не так.
– Он заставляет меня делать выбор, – сказал я. – Но правильно ли это? Я думаю, что Кобб поступил бы именно так. Но я не знаю этого на самом деле. А если я ошибаюсь…
– Не все зависит от тебя, – настойчиво произнесла ФМ.
– От меня.
– Ты все еще веришь в цепочку командования, да?
– Да, – ответил я. – И мы действуем далеко за ее пределами. – По приказу. Типа того. Два отдельных командира как бы приказали мне сделать это, и от этого «типа того» у меня сломался мозг.
– Эта цепочка появилась не просто так, – сказала ФМ. – Не кто-то один наверху решает все сам. Да, в конечном счете решение принимаешь ты. И ты с этим справляешься чертовски хорошо, ясно? Но все мы здесь, чтобы поддержать тебя. Единственное, что тебе нужно сделать самостоятельно, – сказать последнее слово.
– Я знаю, – сказал я. – Но в конечном счете именно мое решение спасет людей или приведет их к гибели. – Возможно и то и другое. Звезды, почему всегда существует и то и другое?
– Это правда, – сказала ФМ. – Но мы все поддерживаем тебя, потому что доверяем твоему суждению.
– Ты все время подвергаешь сомнению мое суждение! – сказал я. – На Солнцекрае я собирался принять решение и оставить звено там. И возможно, мы вернулись бы за ним, а может, и нет, и кто знает, сколько из них погибло бы за это время. Это ты придумала, как спасти их жизни. Не я.
– Ладно, – сказала ФМ. – Но как насчет РеДауна? Ты принял решение остаться и уничтожить корабль Верховенства. Мы могли бы сбежать оттуда после того, как цитонические ингибиторы были уничтожены, но ты рискнул нашей жизнью, чтобы уничтожить тот линкор и защитить жителей РеДауна, и это явно было правильным решением.
– А как насчет того, что я отругал тебя за то, что ты украла тейниксов и принесла их на «Блуждающий лист»? – спросил я. – Тогда ты не думала, что я поступаю правильно.
ФМ закрыла глаза. Мы избегали этого разговора с тех самых пор, как это случилось. Я не хотел заводить его ни сейчас, ни когда бы то ни было, но я также не хотел позволить ей делать вид, что она всегда согласна со мной.
– Я злилась на тебя, – сказала ФМ. – И я была испугана до чертиков. Я сказала то, чего не имела в виду. И мне очень жаль, что я это сказала. Жаль, потому что это неправда. Ты – мой командир, и у тебя это чертовски хорошо получается, Йорген.
– Мне так не кажется.
У меня было подозрение, что я всех их подвожу.
ФМ покачала головой:
– Ты думаешь, мы все следуем за тобой из-за субординации? То, что мы делаем в последнее время, – чистое безумие. Во всех ССН не найдется офицера, который осудил бы нас за отказ следовать таким приказам.
