Вертолет завис над западной точкой круга, вниз упали веревки. По ним скользнули черные фигуры с короткими автоматами за спинами. Одновременно с высадкой десанта с вертолета раздались длинные пулеметные очереди. Толпа колыхнулась и подалась назад во все направления разом.
Один из десантников приземлился на доски горящего стола, отбросил веревку и, - повернулся лицом к огню, с шумным шорохом летящему из пасти монстра. Тут произошло новое чудо: язык пламени отпрянул от человека в тонком черном трико и будто втянулся назад в змеиную голову. Десантник склонился к нетронутому огнем лицу священника. Кровавый спектакль закончился, ибо служители Зверя не имели в сердцах бесстрашия.
Поиски опричника в красном ничего не дали. Исчезли и генерал с "ангелом". Потерявшие вождей люди, спотыкаясь и падая, разбегались по улицам.
Через несколько минут на месте сборища ветер ворошил мусор и холодил тело второго служителя храма, растоптанного на асфальте. Третьего обнаружили в глухом тупике за квартал от церкви. Как ему удалось выползти из толпы, он сам едва ли помнил. Командир десанта увидел его уже на носилках, перемотанного бинтами.
- Вы меня слышите? Вы можете говорить?
Священник открыл глаза. Стало видно, как он молод. Нерастраченная жизненная сила и помогла продержаться в круге смерти. Горло его хрипело.
- Прошу, обнажите головы...
Десантники послушно сняли шлемы.
Священник с облегчением выдохнул:
- Слава Господу, не меченые...
И остановил взгляд на лице командира десанта, внутренним чутьем выделив того из всех. Посмотрел в глаза и волна дрожи прошла по его телу. Хрипящий голос выдал волнение:
- Ты тот, кто ищет погибели. Ты тот, от кого бежит смерть...
Агасфер понял, что узнан. Но внешне этого не показал.
- Мы из планетарной полиции. К сожалению, опоздали на несколько минут.
- Полиция... Вам известно, кто преследует служителей церкви?
- Известно! - ответил Агасфер; он понимал, что предстоит сложный разговор, по-видимому последний для израненного священника, - Они начали с науки и ученых. Теперь взялись за церкви...
- Не это важно... Они отравляют людей кровопусканием, убийством. Меченые ими не вернутся на путь спасения. Вот почему я просил вас обнажить чело. Хотел видеть, есть ли печать...
- Мы ищем человека по имени Иван Марьин, святой отец.
- Я не святой, - поправил священник, - Его прозвище "Славянский Ангел". Он был тут. Жаль...
- Ничего, мы его отыщем, где бы он ни скрывался, - заверил Агасфер и оглядел переулок. Среди мертвых домов жили одни деревья. Запустение проникало все глубже в людские поселения.
- Держитесь, отец. Скоро прибудет вертолет, там доктор.
- Не надо доктора... Они создают Новую церковь, общину воинствующих идоловерцев. Поклонение человекотворным образам... Вы видели? Он действует, как живой.
Агасфер молчал. Он восхищался духом человека, которому и тридцати не исполнилось, - несмотря на неотвратимую близость мучительной кончины, священник решил сказать все, что сказать был обязан.
- Человеку свойственно искать пример для поклонения, - тихо сказал один из десантников, застывших на коленях у носилок.
- Только перед Одним может и должен склониться человек. Никто не видел Его, и изобразить не в силах никто. Нельзя бренной рукой описать вечность. Зверь на площади рукотворен. Как иконы в нашем храме. Позднее понимание...
Слова шли все труднее, дыхание прерывалось.
- ...Пришли дни, в кои последователи Зверя будут иметь жизнь и удачу. Послушайте...
На губах его выступила розовая пена. Агасфер коснулся измученного лица платком. Священник взглядом поблагодарил.
- В церквах, домах, на улицах множатся образы бестфайра. Люди ищут у него защиты и спасения. Голод, холод, хаос... Случается и так, что богопротивные лики оживают. И крушат мир, щадя своих. То есть великий обман, созданный людьми же. По вере своей получают. Не видя глубины падения. Завершающий круг объединит неверующих и заблудших...
- Выходит, вера исторгла огонь из пасти? И выдавила слезы из икон?
Беседа у одра становилась общей.
- Так. Ибо созданы мы по образу и подобию Творца... Многое нам дано. И свобода тоже...
- И что же, сила на их стороне? И мы бессильны остановить разгул?
- Расцветет их торговля, обретут они власть, смогут творить желаемое... И не будет над ними ни закона, ни осуждения совести. И не помыслят они ни о возмездии, ни о сроках...
- Ничего! - с непоколебимой уверенностью сказал десантник с густыми пшеничными усами, - Сроку было сорок сороков! Мы сами им отмерим положенное!
Переполненные слезами глаза священника потеплели. Мучительно выкашляв сгусток крови, он попросил:
- А теперь оставьте нас вдвоем.
Агасфер опустился у изголовья на правое колено и склонил голову. Перед ним лежал не молодой мужчина. Страдание в минуту сделало из него старца.
- ... Я узнал тебя. Продолжи избранный путь, круши идолов. Где ни встретишь капище - не оставляй и камня... Прошло время, когда был ты ни холоден, ни горяч. Забудь о прошлом, пока не придет твой День. Множатся ряды теплых, огнем своим опали их. Скоро мы встретимся...
