Заснул в полуразрушенном доме и проснулся ближе к вечеру. Вурена скрылась за высокой горой на западе. Было еще жарко, но уже можно было двигаться.
Я покатился дальше. Пить мне хотелось все больше и больше, хоть я и старался об этом не думать. Миновав перевал, у выхода из которого располагалась эта деревня, я увидел перед собой еще одну котловину. И только успел еще заметить, что горы передо мной были ниже, как будто уже предвещали конец этой гряды, которую я, впрочем, пересекал поперек. А что за ней?… Дальше пустыня или уже лигуряне? Если я наконец их встречу, захотят ли они меня выслушать? Или убьют сразу?
«А, все равно», – подумал я с отрешенностью. – «Если они убьют меня, то по крайней мере, со мной останется этот ужасный поход и все его неопределенности». Я уже начал, видимо, уставать, но тем не менее катился все дальше и дальше, а в моей «голове» мелькала уже только – все чаще и чаще подсознательно – мысль о великой цели, которую преследует моя «миссия».
Ужасный поход… Как и тогда, на Чикерии… Я брожу с Радиком, и встречаю Хальму Боман. Рядом с ней стоят Селим и Согар. Они о чем-то разговаривают… я не могу расслышать слов. Я подхожу к ним, но они вдруг трогаются с места и уходят вперед, все быстрее и быстрее. Это антибиотрон тянет их к себе. Я вижу это, кричу: «Cтойте!» – но все напрасно… Внезапно из него выходит Север и приглашает всех троих внутрь. Они входят – и тут появляется какой-то кождженец и стреляет из пульсара в машину, которая разлетается на куски. И мне больно от этого пламени…
Боль возвращает мне ясность мысли. Я огляделся вокруг и обнаружил, что во время миражей свернул с дороги и очутился на ее обочине, рядом с колючим кустом, который только что уколол меня. Я вернулся на дорогу и двинулся дальше, отряхиваясь от миражей. И просто подумал, что это начало конца…
Через некоторое время дорога обогнула полукругом какую-то гору, и за ней я увидел перед собой… огонек. В первый момент я подумал, что это опять какой-то мираж, но нет! Свет действительно существовал! Когда я это подтвердил, несмотря на истощение и необычную жажду, я почувствовал прилив новых сил.
Свет выходил из небольшого здания, рядом с которым стояло несколько будок. Между ними крутился какой-то лигурянин с фонариком и что-то отмечал. «Наверное, какая-то метеостанция». – подумал я. Неподалеку стоял гудестол.
Приблизившись к зданиям, я крикнул, с трудом выдавая звуки из пересохшего горла и не зная, услышит ли меня лигурянин:
– Год-денс светкор!
Он услышал и, удивленный, сделал несколько шагов в мою сторону, после чего меня осветил фонарикoм и – раздался возглас изумления, на который из здания тут же вышел второй Лигурянин.
– Что там у тебя, Гонза? – спросил он.
– Какой-то говорящий белый шар, – ответил Гонза.
– Что? Что это может быть?
– Hе знаю, Ранта. Я никогда не видел ничего подобного.
– Может, это один из тех, что несколько дней назад прилетели сюда с какой-то другой звезды? – спросил Ранта.
– Нет, Ранта. Они даже были немного похожи на нас, только выше, и у них было по две ноги, а это белый шар.
– Я принадлежу к их экспедиции, но… – начал я, но Ранта прервал меня:
– Слышишь, Гонза? Лучше всего убить его сразу, закончить измерения и лететь!
Я застыл на месте. К счастью, Гонза был любопытнее, чем Ранта, он сказал
– Подожди, Ранта. Дай ему закончить. Тебе что, жалко?
Я продолжал:
– … но я всего лишь их «цивилизованное животное». Я могу думать и говорить, и по-вашему тоже, но не более того. Я никак не могу вам навредить. Просто дайте мне воды и возьмите с собой. Прошу вас. После этого вы сможете cделать со мной все, что вам угодно.
– Ранта, он и в самом деле не в сocтoянии нам ничего сделать, – подтвердил Гонза. – Я бы забрал его и продал Гальгерy. Он уже найдeт, что с этим дальше делать.
– Ладно, Гонза, только следи за ним, – пробормотал непримиримый Ранта.
– Ведь это всего лишь белый шар. – Гонза сморщился в «улыбке». – Eсли бы это был один из тех двуногих – я бы сам убил его без колебаний. А пока я отнесу его в гудестол. Подожди, ох как это тяжело! – пробормотал он, пытаясь поднять меня. – Помоги мне, Ранта.
«Как хорошо, что я не человек» – подумал я, уже во второй раз за эти несколько дней. Ранта подошел, и вместе с Гонзой перенесли меня в гудестол. Они закрыли за мной дверь и ушли, оставив меня одного. Мне хотелось спать, но еще больше пить, и поэтому я ждал их возвращения, прилагая невероятные усилия, чтобы не уснуть.
Лигуряне вернулись примерно через полчаса. Ранта сел за штурвал, предоставив меня Гонзе. Тот спросил:
– Кто ты и как тебя зовут?
Я представился и еще раз попросил воды. Лигурянин достал откуда-то сосуд с водой, похожий на бутылку, и поднес мне ко рту. Как это было приятно! Я бы с удовольствием выпил все, но Гонза вдруг неожиданно резко отдернул руку, говоря:
– Хватит уже, Бялек. У нас должен быть хоть какой-то запас. Но скажи мне, откуда ты так хорошо знаешь наш язык?
– Сначала ты мне скажи, кто вы такие и что это за Гальгер, которому хотите меня… продать? – ответил я вопросом на вопрос.
– Мы сотрудники гидрометеослужбы.