Ненадолго приемный экран зонда заслонила на высоте нескольких километров какая-то туча – Гондра выдала ее тип – чтобы через некоторое время уступить место виду небольшой деревушки, состоявшей примерно из сорока небольших одноэтажных домов, сложенных из хорошо обработанных бревен. Вокруг деревни раскинулось что-то вроде саванны, покрытой буро-зеленой травой и редкими пучками кустарников. В этой саванне паслись какие-то четвероногие животные, несколько похожие по форме на наших овец, но розового или оранжевого цвета. Над ними наблюдали разумные обитатели планеты, существа, немного напоминающие силуэтом гибрид людей с чикорами: две руки и три ноги. Они были меньше нас – иx рост не превышал полутора метров, все тело покрыто пушком, глаза расставлены очень широко, они наверняка видели каждым отдельно, как кулёники или земные птицы. Движения у них были несколько быстрее наших, что свидетельствовало о чуть более высокой температуре их тел. Их одежда тоже говорила об этом – нам при такой температуре было бы в ней слишком жарко.
– Они не слишком красивы, – пробормотал Рамин.
– Дело в том, – ответил Лао, – что мы для них тоже, пожалуй, не будем слишком красивыми.
Селим согласился с Лао и что-то сказал Патрику, который направил зонд на северо-восток по направлению полета корабля, который к этому времени уже спустился на высоту всего в десяток километров.
Пейзаж, показываемый зондом с высоты около километра, был все тот же: буро-зеленые луга, иногда какая-нибудь роща или небольшой лес, редко paзбpocaнныe небольшие деревушки, окруженные кругом примитивно возделанной земли. Возможно, это было не самое приятное зрелище, но оно доставило нам огромное облегчение.
– Уфф, их здесь не было! Мы успели! – сказала я, вытирая пот со лба.
– Значит, все-таки это расисты издалека, – добавил Патрик.
«Но как мы будем защищать от них туземцев», – подумали, наверное, все, хотя вслух этого никто не сказал.
– Мы сядем? – нетерпеливо спросил Бялек.
– Мы можем совершить посадку, – согласился после минутного раздумья Селим, – но ты все равно ничего от этого не выиграешь, Бялек. Ты не сможешь покинуть корабль.
– Из-за этого… метана? – спросил кулёник.
– Нет, такой инертный метан нам не вреден. Из-за местных бактерий, – ответил Согар.
– Ах, эти мерзкие бактерии! – сердито проворчал Бялек. Он посмотрел на меня, но я только беспомощно развела руками. Я ничего не могла с этим поделать.
Мы вызвали зонд, который послушно вернулся к «Xорсдилеру», и через несколько минут Никос ловко посадил наш корабль на невысокий холмик у какой-то реки.
Трое избранных Никосом – Селим, Лао и Карел – вышли с ним на разведку. Вскоре мы увидели их снаружи в легких скафандрах с фильтрами.
– Как дышится? – спросила я.
– Неплохо. Здешний метан нас совсем не беспокоит, – ответил Никос и двинулся к реке.
Лао и Карел взяли образцы растений и микрофлоры, поймали местное четвероногое животное, несколько похожее на белку, после чего быстро вернулись на корабль и заперлись в лабораториях.
Я начала изучать местные бактерии. Но оказалось, что они не могут жить в атмосфере, лишенной метана, и пришлось снова на некоторое время выйти из «Хорсдилера», чтобы взять новые образцы воздуха. Только тогда, поставив бактерии в благоприятные для них условия, я смогла начать исследования их жизни и обмена веществ.
Результаты были очень интересными. Обмен веществ, как у местных бактерий, так и у растений или животных, сильно отличался от нашего. Уже само использование метана из воздухa полностью меняло его курс на начальном этапе. Специальные ферменты приводили к тому, что этот газ, совершенно инертный в атмосфере из-за разрозненных внутримолекулярных связей, в организмах легко включался в биохимические процессы. Однако конечный результат этих процессов был в основном таким же, как и у нас – вода и углекислый газ. Потом углекислый газ попадал в атмосферу, откуда удалялся растениями, которые, благодаря бурым частицам, содержащимся в их листьях, перерабатывали его вместе с взятой из почвы водой обратно в метан и кислород. Хлорофилл также существовал в местных растениях, но играл в них сравнительно незначительную роль. Вот откуда исходил неприятный для нас буро-зеленый цвет всех окружающих нас растений.
Я сразу поняла, что местные бактерии для нас на корабле абсолютно безвредны. А снаружи? Cкoрее, тoжe, на всякий случай решила все-таки опробовать их на крысах, помещенных в клетки вне корабля.
Мы вкратце рассказали коллегам о своих исследованиях, после чего все вместе стали пpислушиватьcя к докладy Селима и Никоса о первом «контакте» с туземцами.