— Через некоторое время, после того, как мы покинули Город, мой отец погиб. Это был несчастный случай, — светя фонариком нам под ноги, сказал Лин. Но с тех пор я считаю своим долгом помогать Избранным, ведь мой отец сбежал, так как не хотел преследовать их, а значит, был с вами за одно, понимаешь, о чем я? Это позволяет мне чувствовать, что я продолжаю дело отца, я хочу быть похожим на него, чтобы он мной гордился, в этом мы с тобой похожи. К тому же, возможно, Избранные — это действительно наша единственная надежда и в отсутствии света виноваты духи, может быть, они хотят нам что- то сказать этим? Моя бабушка обманом приносила талоны, чтобы мы могли чаще пользоваться электричеством, а моя мать погибла от рук разбойников, которые хотели отнять у нее батарейки, вся моя семья боролась с тьмой и я тоже хочу этому содействовать. Я помогаю Избранным, таким как ты, пройти к пещере секретной тропой, так как уже знаю, куда они направляются. Я покажу тебе альтернативный путь, где солдаты не найдут тебя и ты сможешь спокойно дойти туда, куда зовут тебя духи. Но прежде хочу показать тебе еще кое- что.
Мы подошли к массивной двери гаража, который находился неподалеку от основного здания. Лин открыл навесной замок и толкнул дверь. Мы зашли в небольшое помещение, где у стен стояли стеллажи с инструментами, но в целом было довольно пусто, если не считать автомобиля, который стоял прямо по центру. Я включила свой фонарик, и два наших луча заскользили по гладкой поверхности капота. Это был кабриолет молочного цвета, его крыша была опущена. Хромированные детали ярко сверкали при свете фонарей. Я никогда еще не видела автомобиль вот так, в живую. Помню только то, что рассказывала мне о них Тэа.
— Вот это да, — искренне восхитилась я, — это твой?
— Моего отца. Но он всегда говорил, что однажды подарит его мне. Красивый, да? До катастрофы мы с родителями часто на нем катались, я помню это ощущение свободы, как ветер ворошит волосы, из динамиков играет музыка. А потом мы заезжали в придорожное кафе, типа того, в котором мы сейчас живем, и отец возвращался с хрустящими булочками или сэндвичами и с ароматным кафе. И самое главное, ты не поверишь, стаканы для кофе были одноразовыми, их выбрасывали сразу после использования! Именно с запахом кофе у меня ассоциируется беспечность и свобода, когда все хорошо и рядом те, кто любит тебя безусловно, просто за то, что ты есть. Как бы я хотел еще хоть раз испытать это чувство, встретиться с кем- то из моих родных. Я вспоминаю о них каждый день: отец, мама и бабушка, до того, как Солнце погасло, они всегда были со мной.
— Ты умеешь водить? — спросила я.
— Да, отец научил меня, а позже, даже когда топливо было уже в дефиците, автомобилями все равно пользовались и я подрабатывал, перевозя грузы. Жаль, сейчас особо не покатаешься.
Лин подошел к машине и открыл дверцу, приглашая меня. Я заняла место рядом с водителем, а он запрыгнул в салон, не открывая двери, скорее всего он повторяет этот трюк не первый раз, так как выглядело это довольно грациозно. Сиденья были мягкие и приятные на ощупь, светло-коричневая кожа потрескалась в некоторых местах. Я шарила лучом фонаря, разглядывая детали, а Лин объяснял, как устроены механизмы, за что отвечает каждый тумблер и рычажок.
— Невероятно! Я бы тоже хотела отправится в путешествие, увидеть, что там далеко за пределами Города.
— У меня в тайнике есть несколько баллонов с топливом и однажды я уеду отсюда, вот увидишь. Только об этом ни слова, это моя тайна.
Я была тронута его открытостью, мне никто и никогда не открывал тайны, тем более такие сокровенные.
— А знаешь, Лин, на самом деле я никогда не пила кофе и соврала, так как боялась показаться невеждой.
Он улыбнулся и выключил свой фонарь:
— Я знаю, — сказал он, — потому что кофе не мог не понравиться!
Он поднялся, встал одной ногой на сиденье и после перелез на капот:
— Выключи свой фонарь, — скомандовал он, — сейчас ты увидишь настоящее чудо!
Я послушно щелкнула кнопкой и наблюдала, как он поочередно включает небольшие, подвешенные к потолку карманные фонарики. От его прикосновений они продолжали раскачиваться на проводе, к которому были привязаны и постепенно останавливались. Помещение наполнялось тусклым светом, миниатюрные фонарики почти не распространяли свой свет, а просто светились небольшими точками. Я запрокинула голову и молча ждала, пока Лин включит их все, всего фонарей было около десяти. Когда он закончил, то вернулся на водительское кресло и сел, так же запрокинув голову назад.
— Вообрази, как будто мы остановились ночью посреди дороги, и любуемся звездами, — сказал Лин, — правда, звезды на батарейках, но если включить фантазию, то они вполне могут сойти за настоящие. — И после паузы добавил, — Так говорила моя бабушка, это она научила меня этому трюку.
У меня перехватило дыхание, такой же фокус показывала мне Тэа, неужели она и есть его…
