Божество неотлучно оберегали от чужих глаз (включая непосвященных соплеменников) два стража в красных одеяниях, вооруженные копьями. Вход в кумирню – покои Золотой бабы – дозволялся исключительно старейшему и главному шаману. Через него идол передавал свою волю верным язычникам.
Православные церковники, посланные крестить неверных, распускали слухи, будто в старину Золотой бабе приносили в жертву младенцев. В XVIII в. шаман в самом деле имитировал перед идолом крик ребенка, так что вряд ли можно признавать слухи о совершавшихся некогда человеческих жертвоприношениях правдой, тем более об убийстве детей у малочисленных народов. Кунгурская летопись была объективнее: «…приемлюще дары от своих, и дающе ей статки во всякомъ промысле, а еже кто по обѣту не даст, мучитъ и томитъ, а хто принесѣтъ жалеючи к ней, тот пред нею пад умретъ, имяше бо жрение и съѣздъ великий. Егда же вниде имъ в слухъ приездъ Богдана, велела спрятатися и всемъ бѣжати, и многое собрание кумирское спряташа и до сего дни».
Чуть ли не у всех народов нашего Севера существует легенда о Золотой бабе. Так, якуты рассказывают о медном истукане, возвышающемся среди непроходимых болот. При приближении врагов его народа истукан издает звук, напоминающий стрекот множества сверчков и одновременно излучает в небо голубое сияние, предупреждая якутов о грозящей им опасности.
Ненцы же сообщили, что раз в год, когда на небосклоне появляется Великое Солнце, из-под вечной мерзлоты восстает Солнечная, то бишь Золотая, старуха, носящая в своем чреве дивного младенца. Сутки бродит она по Земле, проверяет, все ли в порядке, а затем уходит в холод и засыпает. Но сон не мешает божеству оказывать помощь ненцам в охоте, рыбной ловле и прочих делах.
О современном местопребывании Золотой бабы весьма ловко было сказано человеком из манси в XIX в.: «Она не здесь, но мы ее знаем. Она <…> через наши леса была перенесена верными людьми на Обь; где она теперь, у остяков ли где в Казыме, у самоедов ли где в Тазу, я точно не знаю». Выглядит она так: «На бабу походит, бабой и сделана… Голая баба – и только. Сидит. Нос есть, глаза, губы, все есть, все сделано, как быть бабе…» Язычники приносят ей «большие шелковые платки, потом серебро она любит и шкурки дорогие… серебро кладут в ящик, шкурки стелют под нее; платками ее закрывают, окутывают».
Изображение Золотой бабы на «Карте Руссии, Московии и Тартарии» Энтони Дженкинсона. 1562 г.
Высказывается предположение, что Золотая баба скрыта в тайнике на Ямале, в недоступном для иноверцев Яумал-Хэ – главном языческом жертвеннике ненцев, т. е. в Главном Шайтане. В августе 1970 г. зоолог С. Успенский уговорил летчика гидросамолета пролететь над запретным восточным мысом Ямала – Хае-Сале. Тогда-то впервые был обнаружен с высоты птичьего полета Яумал-Хэ. Однако наукой подлинность жертвенника была признана только в 1976 г. Попасть к нему непосвященным не позволено по сей день.
По другой версии, Золотая баба находится «при самом впадении Иртыша в Обь у Белых гор (ныне деревня Белогорье)». Это вообще не изведанная историками и археологами территория.
В середине 1980-х гг. группа томских ученых провела исследования при помощи эхо- и биолокационной аппаратуры в районе болот у слияния рек Обь и Полуй. Было установлено, что где-то в центре топи имеется некий массивный объект, который исследователи условно определили как Золотую бабу. Но это уже явные домыслы.
И еще одна гипотеза: биармская богиня Йомали, она же Золотая баба, никогда не покидала свое родное Придвинье. Шаманы прячут ее в глухом тайном месте, а сами распускают по миру слухи о путешествии богини по сибирским краям. Благо идола этого никто никогда не видел, а слухи об огромном золотом слитке туманят умы падких на красивые сенсации обывателей. Позволит ли Золотая старуха когда-нибудь узреть ее обычным людям – ей решать. Нам же остается только ждать и надеяться на встречу.
Святой имам Бухары Бахауддин Накшбанд[161] (1318–1381) прославлен в веках как великий распространитель ислама по всему миру. Основанный им суфийский орден Накшбандия – общество аскетов-мистиков, важнейшей задачей которых было мусульманское подвижничество. Шейхи-проповедники этого ордена принесли ислам суннитского толка в Туркестан, Индию, Анатолию (Малая Азия), Балканские страны, Аравию, на Северный Кавказ и в Поволжье. В конце жизни Бахауддин обратил свои взоры на Сибирь. Для утверждения там ислама его ученики – 366 шейхов – в сопровождении 1700 воинов отправились в середине 1394 г. проповедовать в далекие северные края. Благодаря их миссионерской деятельности Западная Сибирь стала самым северным форпостом мусульман.
