160 лет Ершов оставался бесспорным и единственным автором уникальной сказки «Конек-Горбунок». Но вот настал 1993 г. – пик эпохи «разоблачительства» всех и всего духовно бесценного в судьбах русского народа. «Правдоискатели», обличая и ниспровергая недавних героев, бесчинствовали кто во что горазд. Совершенно неожиданно А. А. Лацис, ярый антисоветчик и так называемый «пушкиновед», специализировавшийся на сборе и распространении грязных сплетен о жизни А. С. Пушкина и его окружения, публично заявил, что сказка «Конек-Горбунок» – сочинение А. С. Пушкина, а Ершов присвоил ее себе. В 1996 г. Лацис впервые опубликовал в пушкинской юбилейной газете «Автограф» статью «Верните лошадь», где попытался на фактах доказать свое «открытие». Он привел пять косвенных, вкусовых, не согласованных по времени доказательств, которые убедительны только для желающих быть убежденными. Эта публикация дала толчок к рождению целой армии фанатичных поверхностных «разоблачителей» Ершова.
Важным доказательством авторства Пушкина стал его рисунок с изображением четырех коней (один с лицом Пушкина), которых обличители представляют иллюстрацией к «Коньку-Горбунку». Рисунок этот находится в рабочей тетради поэта ПД 835 (л. 60), которая датируется 1824 г. То есть получается, что Пушкин проиллюстрировал сказку за 10 лет до ее публикации Ершовым. Если принять это доказательство как верное, то оказываются несостоятельными все придуманные «обличителями» причины передачи Пушкиным его авторства Ершову.
Ими предложены три версии причин:
1. В сказке зашифрована история флирта Николая I с Натальей Николаевной, почему поэт и пытался избежать цензуры (в 1824 г. Натальи Николаевны даже в проекте у Пушкина не было, а он сам находился либо в Одессе, либо в начале ссылки в Михайловском).
2. Пушкин хотел скрыть от жены и ее тетки Н. К. Загряжской гонорар за публикацию.
3. Поэт опасался, что в сказке цензура увидит призыв к революции (в 1835 г. цензура разрешила публикацию «Сказки о золотом петушке», в которой галльский петух, сидящий на шпиле городской башни, – общеизвестный тогда символ французской революции – убивает царя Додона; и с поэтом ничего не случилось).
Подобным образом рассыпаются и прочие «доказательства» Лациса в пользу пушкинского авторства «Конька-Горбунка».
Для любого непредвзятого читателя очевидно, что «обличители» пытаются выставить Пушкина безнравственным негодяем. Он либо вознамерился подставить вместо себя 19-летнего неопытного и беззащитного мальчишку на расправу властям; либо попытался скрыть заработанные им деньги от вечно беременной жены с маленькими детьми и постоянно нуждающейся большой семьи (причем в марте 1834 г. у Натальи Николаевны был выкидыш и она еле выжила).
Отвечая на вопрос «Почему Ершов согласился принять на себя авторство на сказку гения?» «обличители» идут на откровенный подлог. Они заявляют, что нищий юноша был рад любой возможности подзаработать. И называют временем появления рукописи «Конька-Горбунка» год первой публикации сказки – 1834-й. Но известно, что рукопись первой части попала в руки Плетнева и была им зачитана студентам в 1833 г. А это означает, что Ершов-старший был тогда жив-здоров, уверенно содержал семью и оплачивал обучение двух сыновей в университете. Петр тогда ни в чем не нуждался. Финансовые проблемы появились после кончины отца, но «Конек-Горбунок» к тому времени уже был написан и поступил в редактуру Пушкину.
В 1999 г. Лацис умер. Работу «обличителей» Ершова возглавил литературовед В. А. Козаровецкий. Сравнив текст «Конька-Горбунка» в пушкинской редакции 1-го издания (1834 г.) с текстом 5-го издания сказки в последней редакции Ершова (1861 г.), критик обвинил автора во вмешательстве в одобренный Пушкиным текст! Он даже не учитывает критику сказок Пушкина и Ершова Белинским за их псевдонародность и то, что Ершов попытался придать слову «Конька-Горбунка» больше народности.
Сегодня Козаровецкий рассказывает, что сохранился черновик пушкинского «Конька-Горбунка». Якобы поэт передал его жене некоего декабриста, потомки которой тайно хранят пушкинскую рукопись. В годы Гражданской войны ящик с черновиком замуровали в подвале одного из московских особняков на Солянке, о чем Козаровецкому сообщила последняя хранительница тайны. Теперь он добивается вскрытия подвала и широкого обнародования пушкинской рукописи.
Теперь «обличители» обвиняют Ершова в том, что (по их мнению) в семи пропавших тетрадях его имелся подлинник собственноручного пушкинского текста «Конька-Горбунка», который Петр Павлович сжег незадолго до смерти. Однако вполне возможно, что тетради эти не погибли и хранятся где-то в Тобольске. В таком случае они вполне могут послужить неопровержимым доказательством авторства именно оклеветанного «правдоискателями» Ершова. Дело за настоящими краеведами-изыскателями.
