Первый солдат. А мне не думается, чтобы Уго-силачу, как ты его называешь, пришлось-таки в конце концов делать свое дело. Ведь этот Гвидо из знатных и, значит, по закону имеет право раньше выпить яд, если это ему угодно.
Третий солдат. А если он не выпьет?
Первый солдат. Ну, тогда ему отрубят голову.
Посмотри, кто там?
Третий солдат. Это, синьор, женщина.
Первый солдат. Красива?
Третий солдат. Не сумею сказать, она в маске.
Первый солдат. Только очень безобразные или очень красивые женщины всегда прячут свое лицо. Впусти ее.
Герцогиня
Первый солдат
Герцогиня. Я должна остаться с узником наедине.
Первый солдат. Очень жаль, синьора, но это невозможно.
Ступайте отсюда!
Герцогиня. Ваши солдаты немного грубы.
Первый солдат. Они добрые ребята.
Герцогиня. Я выйду отсюда через несколько минут. Прикажите им, когда я буду проходить мимо, не подымать моей маски.
Первый солдат. Не беспокойтесь, синьора.
Герцогиня. У меня есть важные причины на то, чтобы моего лица не видели.
Первый солдат. Синьора, с этим перстнем вы можете приходить и уходить сколько вам угодно: это собственный перстень герцогини.
Герцогиня. Оставьте меня.
Одну минуту, синьор. В каком часу назначена?..
Первый солдат. Нам приказано, синьора, вывести его в двенадцать часов; но я не думаю, чтобы он стал нас дожидаться: по всей вероятности, он выпьет этот яд; люди палачей боятся.
Герцогиня. Это – яд?
Первый солдат. Да, синьора, самый верный яд.
Герцогиня. Можете идти, синьор.
Первый солдат. Черт побери, красивая рука! Кто бы это мог быть? Должно быть, его возлюбленная.
Герцогиня
