| Winston's working week was sixty hours, Julia's was even longer, and their free days varied according to the pressure of work and did not often coincide. | Вдобавок у Джулии редко выдавался вполне свободный вечер. |
| Julia, in any case, seldom had an evening completely free. She spent an astonishing amount of time in attending lectures and demonstrations, distributing literature for the junior Anti-Sex League, preparing banners for Hate Week, making collections for the savings campaign, and such-like activities. | Удивительно много времени она тратила на посещение лекций и демонстраций, на раздачу литературы в Молодежном антиполовом союзе, изготовление лозунгов к Неделе ненависти, сбор всяческих добровольных взносов и тому подобные дела. |
| It paid, she said, it was camouflage. | Это окупается, сказала она, -- маскировка. |
| If you kept the small rules, you could break the big ones. | Если соблюдаешь мелкие правила, можно нарушать большие. |
| She even induced Winston to mortgage yet another of his evenings by enrolling himself for the part-time munition work which was done voluntarily by zealous Party members. | Она и Уинстона уговорила пожертвовать еще одним вечером -- записаться на работу по изготовлению боеприпасов, которую добровольно выполняли во внеслужебное время усердные партийцы. |
| So, one evening every week, Winston spent four hours of paralysing boredom, screwing together small bits of metal which were probably parts of bomb fuses, in a draughty, ill-lit workshop where the knocking of hammers mingled drearily with the music of the telescreens. | И теперь раз в неделю, изнемогая от скуки, в сумрачной мастерской, где гуляли сквозняки и унылый стук молотков мешался с телемузыкой, Уинстон по четыре часа свинчивал какие-то железки -- наверно, детали бомбовых взрывателей. |
| When they met in the church tower the gaps in their fragmentary conversation were filled up. | Когда они встретились на колокольне, пробелы в их отрывочных разговорах были заполнены. |
| It was a blazing afternoon. | День стоял знойный. |
| The air in the little square chamber above the bells was hot and stagnant, and smelt overpoweringly of pigeon dung. | В квадратной комнатке над звонницей было душно и нестерпимо пахло голубиным пометом. |
| They sat talking for hours on the dusty, twig-littered floor, one or other of them getting up from time to time to cast a glance through the arrowslits and make sure that no one was coming. | Несколько часов они просидели на пыльном полу, замусоренном хворостинками, и разговаривали; иногда один из них вставал и подходил к окошкам -- посмотреть, не идет ли кто. |
| Julia was twenty-six years old. | Джулии было двадцать шесть лет. |
| She lived in a hostel with thirty other girls ('Always in the stink of women! | Она жила в общежитии еще с тридцатью молодыми женщинами ("Все провоняло бабами! |
| How I hate women!' she said parenthetically), and she worked, as he had guessed, on the novel-writing machines in the Fiction Department. | До чего я ненавижу баб!" -- заметила она мимоходом), а работала, как он и догадывался, в отделе литературы на машине для сочинения романов. |
| She enjoyed her work, which consisted chiefly in running and servicing a powerful but tricky electric motor. | Работа ей нравилась -- она обслуживала мощный, но капризный электромотор. |
| She was 'not clever', but was fond of using her hands and felt at home with machinery. | Она была "неспособной", но любила работать руками и хорошо разбиралась в технике. |
