Второй прием – повторение с созданием ритма, под который мысль начинала маршировать, достигая в конце резонансного звучания. Иногда для этого использовалось одно слово, как, например, во время первого выступления на посту премьер-министра: «Вы спрашиваете, какова наша цель? Я могу ответить одним словом: победа – победа любой ценой, победа, несмотря на все ужасы; победа, независимо от того, насколько долгим и тернистым может оказаться к ней путь; без победы мы не выживем». В других – целая фраза, как в не менее известном выступлении от 4 июня 1940 года: «Мы будем сражаться во Франции, мы будем сражаться на морях и океанах, мы будем сражаться с еще большей уверенностью и энтузиазмом в воздухе! Мы защитим наш остров! Мы будем сражаться на пляжах, в местах высадки, на полях, на улицах, на холмах, мы никогда не сдадимся!»8
К другим приемам элокуции относятся метафоры (от др. – греч. µεταφορά – «перенос, переносное значение»). Еще в начале своей карьеры, анализируя опыт великих ораторов прошлого, Черчилль констатировал, что «удачные метафоры, к которым обращаются либо для передачи всем известной истины простыми словами, либо из-за отважного стремления открыть неизвестное, относятся к внушительным оружиям риторики». Сам он признавался, что «часто любит представлять серьезные вещи в виде незамысловатых историй, чтобы они лучше откладывались в памяти»9. К наиболее известным метафорам Черчилля можно отнести сравнение нейтральных стран в январе 1940 года с кормящими крокодила, в надежде, что тот съест их последними. Или сравнение своего преемника на посту премьер-министра Клемента Эттли – с «личинкой, которая пьет маточное молоко и думает, что она пчелиная матка».
Являясь мощным оружием в опытных руках, метафоры требуют осторожного и продуманного обращения. Иначе они могут обернуться против своего создателя, нанеся больше урона, чем принеся пользы. Как стало с французскими военными, которые, услышав от Черчилля летом 1940 года, что англичане продолжат сражаться несмотря ни на что, сказали премьер-министру Полю Рейно: «Через три недели Англии свернут шею как цыпленку». Прошло полтора года. Англия смогла победить в Битве за Британию и продержаться, пока в войну не вступили СССР и США. Выступая в декабре 1941 года в канадском парламенте, Черчилль вспомнил уничижительное сравнение и произнес: «Тоже мне цыпленок [пауза, смех в зале], тоже мне шея [продолжительный смех в зале]»10.
После того как факты собраны, тезисы сформулированы, доказательства выбраны, изложение структурировано, а текст написан, начинается подготовка к выступлению. Согласно риторическому канону на четвертом этапе (от лат. memorio – «запоминание») речь выучивается наизусть. В античности чтение речей считалось дурным тоном. И действительно, подобная форма декламации даже с использованием современных технических средств значительно обедняет выступление, заменяя живое общение оратора с аудиторией сухим суррогатом. Однако, обращаясь к заучиванию, необходимо принимать во внимание нагрузку оратора, у которого может отсутствовать время на запоминание текста, и, конечно же, следует учитывать возможности его памяти. Черчиллю повезло, природа наделила его хорошими способностями. Еще во время учебы в школе он получил первый приз за произнесение без единой ошибки по памяти 1200 строк из «Песен Древнего Рима» Т. Б. Маколея. Но даже обладание выдающейся памятью не защищает от ошибок. Причем весьма неприятных. В апреле 1904 года во время выступления в палате общин Черчилль запнулся и не смог продолжить. С позором он был вынужден сесть на место под насмешливые возгласы оппонентов. Позже он признается, что «это было неожиданное и полное затмение». «Дело было даже не в том, что я не смог найти нужных слов, чтобы выразить свои мысли, – у меня никогда не было проблем со словами, – проблема заключалась в том, что я не знал, о чем я собираюсь сказать», – вспоминал политик. Из этого фиаско Черчилль сделает выводы. Отныне у него всегда под рукой будут конспекты речей. Обычно он использовал специальные листки размером 8×4 дюйма, в которых содержались тезисы выступлений и ключевые фразы.
Одновременно с использованием заметок Черчилль разработал собственную систему чтения текста. В молодые годы он находился под сильным влиянием американского оратора и государственного деятеля Бурка Кокрана, научившего его: «Никогда, никогда, никогда не позволяй словам слетать с твоих уст, в то время как твой взгляд направлен вниз». Всякий раз, даже пользуясь записями, Черчилль произносил речь, глядя в аудиторию. В дальнейшем исследователи назовут его технику «смотри – остановись – говори». Сначала оратор смотрит в текст, запоминая несколько слов или строк, потом поднимает голову и делает паузу, глядя в аудиторию, и только после этого произносит текст. Следуя этой технике, важно сделать паузу, в противном случае произнесение текста во время движения головы вверх создаст впечатление, что выступающий не владеет материалом и просто читает написанное11.
