— Хорошо. Если ты так хочешь знать — пожалуйста. Я был молод, горяч и влюбился не в ту женщину.
— Это она тебя так отделала? — не удержалась от шпильки Ирина. Она оказалась не готова к тому, как ее заденет «влюбился» от Гоши. Пусть и «не в ту женщину».
— Нет, ее муж. И его подручные.
Чашка едва не выскользнула у Иры из пальцев.
— Ты шутишь?!
— Абсолютно серьезно. Рога не всем к лицу. И не все умеют их носить.
Георгий принялся с демонстративно спокойным видом пить чай. А Ира… Ира никак не могла поверить в услышанное. А потом осознала все слова. Если там были подручные… То есть, речь не шла о мужском выяснении отношений один на один. Его избили.
Боже мой.
— Ой… — Ира прижала пальцы к губам.
Гоша метнул на нее короткий взгляд — и ничего не сказал.
— А как же ты… Послушай, а сильно… Нет, не то… А последствия… Ох… А… — нет, внятных слов у Иры совершенно не находилось. Сказать что-то хотелось, но она не знала — что!
— Прошлое дело, Ир, — вздохнул Гоша. И протянул руку за чайником. — Было — и было. Выводы я сделал, — он пополнил им чашки. Впрочем, чашка Иры была практически нетронута.
— Какие выводы?
— Разные, — уклончиво ответил он. — Но, кстати, именно так мы с Лютиком и познакомились. Она мне во время реабилитации массаж делала.
Реабилитация. Значит, все было очень серьезно. Но он не хочет об это говорить.
— А она массажист? — тут хотя бы какие-то слова находились.
— Она прекрасный массажист, — на лицо Гоши неожиданно снова вернулась улыбка. — Я лучше просто не знаю.
— Профессиональный? С образованием?
— Конечно, — Гоша слегка удивленно посмотрела на Иру. — Профессиональный, с образованием, с корочками, категориями и со всем, чем положено. А что?
— Ничего, — Ира тоже улыбнулась. — Это здорово, на самом деле, когда в семье есть массажист.
— Да вообще! — с энтузиазмом согласился Гоша. — Правда до моего тела Лютика уже давно не допускают, она меня к своему коллеге передала, тоже очень мощный дядька — в плане профессионализма.
— Я смотрю, ты прямо постоянный клиент массажистов.
— По другому никак, — снова пожал плечами Гоша. Улыбка сама собой сползла с лица Иры. Она ведь не знает, что там было — какие травмы, какие повреждения, вообще никаких подробностей. Она не смогла внятно спросить. А Георгий — не ответит, это Ира тоже поняла вдруг четко. А он неожиданно продолжил: — Но я реально, как тот слон из мультика, от массажа теряю волю. У тебя, кстати, тоже движения очень правильные. Я бы даже в тебе тоже заподозрил профессионала. Ну по крайней мере азы.
— Нет, это природный дар! — немного принужденно рассмеялась Ира. — Слону везде мерещатся флейты!
— Возможно, — скупо усмехнулся Георгий. А потом спросил, не маскируя серьезность в голосе: — Ну а что там с твоими спортивными травмами?
Она и не надеялась, что он забудет. И точно знала, что разговор пойдет не о спортивных травмах. Точнее, не только о них.
— Давай в следующий раз, — Ирина демонстративно зевнула. — Я ужасно хочу спать, Гош. Ты ж мне ночами спать не даешь.
— Почему же, — он категорически не желал сбиваться на веселый легкомысленный тон. — Сегодня… твоими стараниями… секс был вечером.
— Давай спать, — она резко встала, подошла, обняла за спину и уткнулась губами в ухо. — Пожалуйста. Я очень устала.
Ты прав. Я устала. Устала притворяться. Устала делать вид, что все хорошо. Даже если оно и правда хорошо. Но это не перекрывает другого.
— Хорошо, — после вздоха согласился Гоша. — Давай спать. Надеюсь, спать ты ляжешь со мной?
Сердце екнуло. Почему-то. От этой формулировки. «Ляжешь спать со мной». В этом было столько… чего-то интимного. Запретного. Слишком, опасно близкого к сердцу. Но Ирка кивнула, елозя щекой по щеке.
Гоша перевел взгляд с экрана ноутбука на экран телефона. Хреново сегодня работалось. Не очень эффективно. Он вздохнул, снял трубку и попросил кофе.
А потом, когда пил кофе, задал себе уже не в первый раз за день — за многие дни — вопрос: «Может, хватит уже играть в эту глупую игру?».
Ведь получить ответы на вопросы так просто. Стоит сделать пару телефонных звонков, а потом немного подождать. И все досье на Ирину — простите, на Ираиду Павловну — будет у него на руках. Кому нужно это дурацкое благородство? Ведь Ирка сама правду не скажет. И так и будет загонять себя — и его заодно — в какие-то нелепые рамки. А ведь там наверняка какой-то пустяк, он был уверен. Но, может, не совсем пустяк, но и не вселенская трагедия. Из мухи сделать слона — это именно про женский пол. И причина, по которой Ира вздумала ломать всю эту комедию с работой дворником, была явно процентов на семьдесят надуманной — в этом Георгий не сомневался. Ну разве что в доле процента — плюс-минус пять.
Он отхлебнул кофе, хмыкнул своим мыслям. Что-то внутри противилось такому развитию событий. Он по-прежнему хотел, чтобы она сама ему все рассказала. Нет, сейчас он хотел этого даже сильнее. Чтобы доверилась.
