— Короче так, Полкан, — начал финальную стадию переговоров я, — мне тут шепнули, что парни вы непростые, авторитет имеете, поэтому ваши предъявы моему корешу должны разобрать старшие по званию… смотрящий по нашему району, если не ошибаюсь, Вася Синий?
— А ты откуда его знаешь? — почти одновременно спросили они оба.
— Неважно, знаю от кого-то… вот пусть он выслушает обе стороны и как решит, так и сделаем — годится?
Серый пожевал губами, посмотрел зачем-то на Полкана и ответил в том смысле, что да, пойдёт — время и место разборки тебе дополнительно сообщат. На этом мы и разошлись, как в море корабли. Девочки ждали нас возле писателя Горького с совершенно круглыми от волнения глазами.
— Вы живы? Помощь не нужна? — зачастила Лена.
— Спокойно, товарищи, — остановил я её, — панику прекратить, все вопросы обсуждены в конструктивном ключе, стороны договорились продолжать взаимовыгодное сотрудничество.
— А это гангстеры были? — задала свой вопрос Мэри.
— Да не, не тянут они на полноценных гангстеров, обычная шпана… как там у вас в Америке про таких говорится — панки что ли?
— А откуда ты этого Васю Синего знаешь? — это уже Джон решил меня попытать, — он правда большой криминальный авторитет? Крёстный отец?
— Знаю уж, — отвечал я ему, — а откуда, извини, не скажу. Крестные отцы это у вас там в Бронксе, а у нас они называются паханами. Ладно, хватит об этом — мы же, кажется, на стадион собирались, вот и пойдем, а то не успеем никуда.
На Торпедо нас встретил взволнованный тренер, ему кто-то уже сообщил, что в его секцию собирается записаться настоящая американка, так что пояснять ему ничего было не надо.
— Так вот ты какая, Мэри, — расплылся он в широкой улыбке, — конечно, мы примем тебя в нашу секцию, без вопросов примем. И ракетку выдадим из наших запасов.
— Спасибо, но у меня своя есть, — ответила она, показывая на сумку, — я как знала, что она пригодится, захватила с собой, когда уезжала.
— Сколько, говоришь, лет ты занималась теннисом?
— Три года… точнее два с половиной.
— Иди переодеваться, а потом покажешь, на что ты способна… в паре с Леной.
А я перевёл Джона через дорогу, где стоял хоккейный стадион, и там вахтёр нам сказал, что тренер Окунев сейчас на месте, возле коробки, можете прямо у него всё и узнать, если так надо.
На площадке была тренировка какого-то молодняка, явно не старше нас с Джоном, слева крутили змейку между выложенными на лёд шайбами, а справа проверяли на прочность вратаря. Тренер же Окунев стоял у бортика в районе судейского столика и периодически отдавал команды тренирующимся.
— Добрый день, Степан Игнатьич, — поздоровался я с ним, меня Витя зовут, а его Джон.
— Привет, — нехотя буркнул тренер, кинув на нас быстрый взгляд, — чего надо?
— Мне ничего, а вот Джон хочет записаться в вашу хоккейную секцию, так-то он в молодежке Нью-Йорк Рейнджерс играл (правильно, Джон?), но так сложилось, что в ближайшие полгода будет жить и учиться в нашем городе. Не хочет терять форму, короче говоря…
Окунев вытаращил свои и так немаленькие глаза на нас обоих, так что они совсем уже расширились до невероятных размеров.
— А ты не гонишь? — задал он мне такой немудрящий вопрос.
— Можете справиться в 38 школе, если не верите, — ответил я.
— А сам-то Джон умеет говорить? Чего это ты за него всё озвучиваешь?
— Умею, — подал голос Джон, — просто я очень скромный и не привык перебивать других.
— Значит, говоришь, в Рейнджерсах играл?
— Да. Два года занимался на Мэдисон Сквер Гардене.
— И на какой же позиции ты там занимался?
— Левый крайний нападающий.
— В Рейнджерс же сейчас Эспозито играет, да?
— Только что перешел из Бостона. А так-то у нас самый известный игрок это Брэд Парк…
— Да-да, был такой в суперсерии… против Харламова персонально играл. Ну и чего стоим? Быстро переодеваться и на лёд — покажешь, чему тебя там в Америке научили, — скомандовал Окунев Джону, а потом добавил лично для меня, — тебя это тоже касается.
— Есть переодеваться и на лёд, — взял под козырёк я, и мы вдвоём скрылись в подтрибунном помещении.
В лабиринте коридоров мы там быстро разобрались, а на вопрос какого-то там унылого хозяйственника я ответил, что Окунев приказал выдать нам форму и клюшки, что он и сделал без лишних вопросов. Подходящие размеры нашлись быстро, Джон, правда, долго морщился от запашка, стирали эти штаны с майками явно не каждый раз. И вот мы уже полностью готовые к бою и походу переваливаем через бортик.
— Стоп, — скомандовал со своего места Окунев, — эти двое новички, сейчас они покажут, чему их научили там, откуда они к нам пришли. Для начала покажите технику катания — вперёд, назад, повороты, виражи в обе стороны, резкое торможение у борта, поехали.
Мы с Джоном разогнались параллельными курсами, у противоположного бортика резко затормозили, выбросив по фонтану льда из-под коньков, потом он заложил левый, а я соответственно правый вираж. Ну и назад мы вернулись задним ходом.
— Хорошо, теперь владение клюшками — ведение, дриблинг, прием и передача друг другу.
Сделали и это, я не так, чтобы блестяще, а у Джона всё отлично получалось.
