Только мерцаю как новогодняя елка, с досадой подумала она, вставая и оттирая кровоточащую ладонь о штанину. Вдруг Ашри замерла. Ее внимание привлекло нечто. Нечто чужеродное для этого места. Несколько шагов и ноги вросли в камень. Перед ней лежала сумка Зурри. Ремень порван, тёмные пятна... Что-то сверкнуло рядом — золотой значок Стража цветка.
Сердце загрохотало в ушах, Ашри закусила губу. Рука сама потянулась, пальцы ощутили тепло металла... Но стоило лепесткам коснуться ладони, как сознание элвинг заполнил свет. Ослепительная вспышка вышибла дух. Воздух раскалился. Легкие пылали. Острые иглы боли пронзали все тело. Плоть рвалась, кости трещали, сознание металось обезумевшим зверем, пока не потухло. В огненной вспышке она увидела себя. Увидела ужас в своих глазах. Ощутила отчаянье, боль того, кто смотрел на неё. Того, чьи воспоминания заполнили ее разум. Она ощутила за болью тела, ещё большие страдания. Огромную пустоту, в которой не осталось надежды.
Ашри отпрянула, разжала пальцы, выронила значок и, не удержавшись, упала на камень. Отталкиваясь ногами, она отползла от блестевшей эмблемы Аббарра, прижимая и баюкая руку, словно не значок держала в руке мгновение назад, а раскалённый металл, выгрызший кусок плоти.
— Страх, — шептала она, и слезы струились по щекам. — Последнее что он видел, был страх.
Она вспомнила преобразование Зурри. Как бы она не убеждала себя, чтобы не говорила бестенышу... Она видела себя его глазами. Она знала, что оставила его, когда была нужна сильнее всего.
Сколько она так сидела? Может мгновение, а может вечность. Слезы успели высохнуть, оставив лишь две дорожки на перепачканном пеплом лице. Наконец, найдя в себе силы, Ашри встала и подобрала подарок Рионтару.
— Я сохраню его для тебя, — голос элвинг был твёрд как камень, и так же как камень лишён эмоций. — И отдам, при встрече.
Ашри убрала золотой цветок в карман. Воспоминания не коснулись ее разума. Они уже были там, и она знала, что они вернуться. Позже. А сейчас... Взгляд вновь скользнул к крохотному огоньку на той стороне моста. Единственная звезда и та упавшая, подумалось элвинг.
«Лишь звезды неизменны», — прозвучал голос Рэда.
Повинуясь порыву, она посмотрела вверх. Однажды она найдёт место, где и звезды можно будет изменить и все исправит.
Ашри сжала кулаки и ещё раз вгляделась в мерцающую зелёную искру. Они не смогут держать Врата вечно. Надо найти Аббис. Хранитель Обители должна знать, что делать дальше. Тем более у сестры Ину было достаточно времени, чтобы освоится в Дартау. Весь вопрос, где искать Абби? Ашри понятия не имела, как устроена Бездна и где Пожиратель свил себе гнездо, украсив его коконами украденных душ.
Выдернув пробку из фляги и сделав глоток, элвинг проверила кинжал и направилась к чёрному тракту, как мысленно окрестила единственный путь, что вёл вглубь Дартау. Хорошо, что сейчас не приходилась выбирать.
Камни ползли друг за другом как рисунок на шкуре пещерных змей, идеально подогнанные, сопряжённые временем или чьим-то замыслом. Иногда Ашри казалась, что это не она идёт, а дорога проплывает под нею. Пепельные пустоши уходили по обе стороны от элвинг и таяли в тумане. Но чем дальше она уходила от моста, тем плотнее подбирался к ней туман. Похожий на сизый дым, он струился у ног, огибая ее шаги. Сначала обрывками и таящей вуалью, затем прозрачным текучим ручьём, а после невесомой пеленою, что окружила элвинг со всех сторон, но не прикасалась к ней. Казалось, туман шипит и расступается перед Ашри, но лишь на длину ее шага.
Вот значит, какая ты Бездна. Унылая и серая, как потухший вулкан. Или как пепелище.
Ашри вздрогнула. Этот голос был знакомым. Не существующий за пределами ее сознания, но прочно укоренившийся в нем. Голос, которым говорил Пожиратель, насылая морок.
Туман пропал неожиданно, словно схлынул в мгновение. Она стояла на краю обрыва. По ту сторону пропасти иглы вулканических скал срастались в неприступные каменные стены цитадели. Чёрные грани идеальных столбов ступенями поднимались, образуя знакомый узор. Ашри присмотрелась. Центральная башня и три уступающие вокруг, гребни подъёмов и осевшие волны стен лепестков... Чёрный цветок, темный брат-близнец Аббарра. Воплощённый в камне некрополь Ррабба. От увиденного перехватило дыхание. Возможно ли такое?
Кое-где по эту сторону обрыва лежали валуны, а кое-где торчали руины колонн и осколки статуй. Все та же рука Древних, подумала Ашри, вспоминая колоссов, встречающих у Врат Обители, застывших псов, держащих мост, забытый храм пьющий память...
Она шла вдоль края обрыва и вглядывалась в безжизненные глаза павших богов — некогда величественные творения лежали в пепле и кутались в тумане забвения. Их мастера, зрители, враги — все давно покинули это место.
Мотыльком порхнул перед самым носом элвинг лепесток пепла. Ашри поймала его и растерла между пальцев.
