Она не знает! Никто не может знать наверняка, кроме своих. Да и там не каждому верят. Доказать надо преданность. Глеб доказал. Глеб сделал все правильно и сейчас сделает.
Чайник закипает быстро. Теткины фарфоровые кружки выглядят убого, но всяко лучше граненых стаканов. Правда, кружек осталось лишь три, да и то одна надколотая по ободку.
Щепоть заварки. Кипяток. Сахар в банке. Черт, а пересыпать-то некуда. Ладно, сойдет. Сушки в пакете. И все добро на поднос. Только бы Ева не ушла.
Она не ушла. Сидя на прежнем месте, она вертела Глебову саблю.
– Я взяла.
Как будто Глеб не видит, что взяла.
– Интересно стало. Не дуйся. А чай ставь. И садись. Пить будем. Разговаривать будем. И думать.
– О чем?
У Глеба получилось поставить поднос, не расплескав чай. Сам он не сел – упал, кое-как подобрав ноги. Неудобно. И чем ее стол не устроил? Он ведь даже почти чистый.
Ева уронила саблю:
– Подделка.
– Я знаю.
– Какой в этом смысл? В том, чтобы иметь дело с ненастоящими вещами?
Она взяла чашку обеими руками.
– Горячая! Осторожно!
Она подняла, подула и отхлебнула кипятку. Ненормальная! Все они, бессмертные, ненормальные. Или понтуются.
– Или с чужими идеями? Они ведь тоже подделки зачастую. Не понимаешь? Вы думаете, что вы такие умные и вычислить вас невозможно?
– Ты о чем?
Ева переставила чашку на ладонь левой руки, палец правой выводил на лезвии сабли узоры.
– О взрыве. И ты меня прекрасно понимаешь.
– Я не…
– Сегодня одна бомба. Завтра вторая. Послезавтра третья. Чего вы добиваетесь? Или правильнее сказать будет: чего ты добиваешься? Пей чаёк.
И Глеб послушно выпил, всю чашку одним глотком.
– Горячо, правда? А будет еще горячее, если вы не прекратите. СБ идет вам навстречу, но лишь потому, что в данном конкретном случае это возможно. При повторении инцидента, разговор будет другим.
Глеб дышал, пытаясь остудить обожженный рот. А девочка с голубыми волосами гладила клинок, как кошку.
– О… об андроидах волнуешься? – голос вышел сиплым.
– О людях. О мире. Все мы хотим мира, правда?
– Его нету! Есть война! Есть противостояние, которого…
– Которое придумали для таких дурачков как ты, – Ева взяла сушку и, разломав в ладони, отправила кусок в рот. – Твою сестрицу убил не дроид, а ее собственный эксперимент. И еще самоуверенность. Она так спешила быть умнее всех, что просто голову потеряла от осознания собственной гениальности. К слову, она тебе ничего не присылала?
– Нет.
