— Я предполагал нечто подобное, — наконец, удрученно покачал головой «Лис», тем самым соглашаясь со моими опасениями. Он нервно побарабанил пальцами по подлокотнику кресла, бросая на тактическую схему быстрые оценивающие взгляды. — Да, Иван Федорович слишком своенравен, эгоистичен и как показали последние дни слабоуправляем.
Командующий несколько секунд молча размышлял, рассеянно глядя на мерцающий экран. Казалось, он лихорадочно просчитывает в уме возможные варианты. Один, другой, третий… все как один вели в тупик. Без надежного тыла битву против Коннора Дэвиса не выиграть.
— Изначально, после незаконного освобождения Самсонова из-под стражи, я был против назначения его в качестве командующего Черноморским космофлотом, предполагая заменить его Беловым, — продолжил свой невеселый монолог Павел Петрович. Он устало прикрыл глаза, на миг погрузившись в воспоминания. — Но как ты знаешь, ничего из этого не получилось.
— Что кстати с Беловым? — я почему-то только сейчас вспомнил о судьбе командующего 2-ой «ударной» дивизии.
— Теперь уже Кондратий Витальевич Белов наоборот сидит под замком где-то в бета-секторе под присмотром людей Самсонова, а Иван Федорович у нас самоназначенный командующий, — с неподдельной горечью в голосе констатировал Дессе. Он скрипнул зубами от досады, явно терзаемый чувством вины за то, что допустил такое развитие событий. — Приходится с этим считаться, и это в такой сложный для фронта и вообще для Империи период! Поэтому, хотим мы этого или нет, нам придется некоторое время потерпеть присутствие данного персонажа рядом с собой, я о Самсонове…
— Его сорока с лишним модернизированных кораблей будет очень не хватать нам в предстоящей битве, — задумчиво произнес я, с тоской глядя на нашу жиденькую в сравнении с американцами эскадру у Никополя-4.
— Безусловно, черноморских дивизий нам будет сильно не доставать, — печально согласился Павел Петрович, сокрушенно качая головой. — Эти вымпелы могли бы здорово нам пригодиться в грядущей заварушке. Чёрт бы побрал упрямого Самсонова с его закидонами! Но, как я уже сказал, судя по всему, американцы пока не рвутся в бой сломя голову, а предпочитают осторожничать, так что определенный шанс дождаться подкрепления у нас еще остается. Только вот воспользуется ли им Иван Федорович — вот в чем вопрос…
— Ты хочешь сказать, что Самсонову, как бы он этого ни хотел, все же не удастся увильнуть от сражения? — я удивленно посмотрел на хитрый прищур своего крестного, уловив в его голосе плохо скрываемую язвительность. Неужели у старого лиса припасен в рукаве какой-то козырь против строптивого черноморского адмирала? Неожиданный поворот!
— Ну, скажем так, если наш драгоценный Иван Федорович вдруг надумает бессовестно тянуть резину, отсиживаясь в сторонке, пока мы тут будем проливать кровь, — ухмыльнулся «Лис» Дессе, заговорщицки подмигивая мне, — то рискует ненароком загреметь под Имперский Трибунал за преступное бездействие во время решающего сражения с врагом. А это, между прочим, серьезнейшее обвинение в нарушении присяги и воинского долга, наказанием за которое является расстрел без лишних церемоний. И тут уже не помогут ему ни былые заслуги, ни его сегодняшние защитники из числа подельников-«черноморцев»…
Дессе красноречиво провёл ребром ладони по горлу, намекая на незавидную участь дезертира и предателя.
— Что ж, будем надеяться, что у Самсонова все же осталась хоть толика разума или, на худой конец, инстинкт самосохранения, — пожал я плечами, криво усмехнувшись. — Хотя на совесть и благородство этого человека я бы уже точно не рассчитывал.
Мы с Дессе понимающе переглянулись, не питая особых иллюзий насчет моральных качеств и принципиальности Ивана Федоровича.
— Что касается меня, то я возлагаю основные надежды, прежде всего, на высочайшую выучку и поистине спартанскую стойкость в бою экипажей дивизий Северного и Черноморского космофлотов, коих с приходом адмиралов Кантор и Козицына в составе эскадры стало аж целых шесть единиц, — с чувством произнес Павел Петрович, отчаянно пытаясь подбодрить самого себя.
Дессе ткнул пальцем в несколько клубящихся на экране алых облачков, символизировавших упомянутые корабли.
— Все шесть, полнокровные и большинстве своем с увеличенным вдвое а то и втрое составом, несомненно, станут главной опорой для нас в грядущей битве. Ну и, разумеется, наш главный козырь — это неоспоримое техническое превосходство основных кораблей нашего флота, оснащённых по последнему слову техники. Что же касается американцев, то с этим у них, к счастью для нас, дела обстоят не столь радужно. Даже навскидку я бы дал нашим вымпелам фору этак процентов в тридцать по защитным характеристикам. А ведь это, знаешь ли, ой как немало…
Нарисованная Дессе картина и впрямь могла показаться радужной, если бы не одно «но». Все эти безусловные преимущества с лихвой перекрывались чудовищной разницей в количестве кораблей. Судя по данным разведки, «янки» превосходили нас по числу вымпелов на двести единиц. В таких условиях качественное превосходство отчасти сводилось на нет.
