Как потом стало понятно, османские штурманы прокладывали маршруты своих галер сразу для перехвата гражданских караванов судов, выстраивающихся в колонны и начинающих движение к ближайшим межзвёздным переходам. Похоже, капудан-паша Яман Каракурт специально не торопился, чтобы видеть, куда направляются самые многочисленные из этих караванов, для удобства их перехвата, чтобы не гоняться за отдельными транспортами, а блокировать уже сформированные группы кораблей целиком. Что касается американцев, то они вообще шли в арьергарде общего строя, похоже, совсем не желая участвовать в данной охоте…
Как только стало ясно, куда и в каком количестве гражданские транспорты направляются, Каракурт спустил с цепи своих голодных псов. Быстроходные галеры — по классификации, что-то среднее между классическим эсминцем и лёгким крейсером, устремились по пересекающимся курсам, вслед за уходящими караванами. Их поддержали несколько османских фрегатов, также способные развивать высокую скорость. Основная же масса тяжёлых кораблей во главе с «Абдул Кадиром» продолжила своё неторопливое движение к Тире, ведь здесь тоже было чем поживиться…
Яман был доволен увиденным, он понимал что большая часть транспортников будет его кораблями перехвачена, а само внезапное появление его эскадры у центральной планеты, в итоге, сорвало все планы по эвакуации промышленных модулей и ресурсов с её орбиты — всё «богатство» «Бессарабии» в итоге доставалось султану. Единственным важным объектом, который нужно было ещё для себя добыть, оставалась крепость «Измаил», медленно удаляющаяся в неизвестном направлении. Она пока была ещё видна радарам на линкоре Каракурта, но если её не начать преследовать, вскоре могла выйти из зоны их видимости. Капудан-паша понимал важность и значение крепости, его отец отдельно упомянул «Измаил», как одну из основных целей операции, и Яману необходимо было выполнить приказ своего отца. Упустить «Измаил» значило потерять доверие султана, а потерять доверие султана, очень часто было равно — потери собственной головы…
— Половине всех тяжёлых крейсеров и линкоров, преследовать крепость! — приказал он своим командорам. — Остальным — продолжать движение к планете…
В погоне за «Измаилом» у Каракурта появился неожиданный союзник. Вице-адмирал Корделли, который был вынужден следовать за османским флотом, изначально не собирался участвовать в ловле по всему ближайшему космосу, разлетающихся гражданских судёнышек. Поэтому он сразу направил свою 13-ю дивизию вслед за удаляющейся крепостью. Единственное что он сделал, это благоразумно оставил в тылу все свои эсминцы и фрегаты, чтобы те не попали под раздачу во время погони за «Измаилом» — лёгкие корабли были всегда лакомыми кусочками для разрушительной крепостной артиллерии и адмирал не стал рисковать ими. Крепость бросились догонять только тяжёлобронированные корабли его дивизии…
— В общей сложности, шестнадцать вымпелов идут вслед за нами, — монотонно сообщала Катя Васнецова данные со сканеров. — Остальные корабли противника рассредотачиваются по сектору…
— Точно ты подметил, действительно все это наши старые с тобой знакомые по прошлой войне, Фёдор, — усмехнулся я, читая на карте названия преследующих нас кораблей. — Видимо мало мы им тогда насовали под корму…
— Можем и повторить, — хмуро ответил Волынец, начав отдавать распоряжение своим канонирам.
— «Македония» на подходе, господин контр-адмирал, — сообщила лейтенант Васнецова, обращаясь непосредственно ко мне, так как видела, что именно я ждал этой информации.
— Отлично, Наэма как всегда не подвела, — кивнул я, — сейчас пойдем гораздо быстрей…
Я отошел от операторов и приблизился вплотную к трёхмерной карте. За спиной была слышна речь капитана Пападакиса, который опять о чём-то спорил и ругался с Волынцом — но, то были технические моменты, связанные скорей всего с буксировкой, поэтому я пропустил этот диалог мимо ушей. В данный момент меня снова интересовал вопрос — успеем ли мы к нужному нам переходу?
Американцы и османы находились ещё далеко, и я видел, как они чётко выстроились для погони, но пока, ни те, ни другие не включали форсажа, чтобы начать сокращать расстояние, просто следовали за нами по пятам. Скорость их кораблей даже сейчас была выше нашей, и мы медленно и неизбежно начинали сближаться. Так в принципе могло продолжаться несколько часов, от нас уже ничего здесь не зависело, крепость и так уже шла на «максималке». Даже когда «Македония» включилась в работу, всё что могли выдавить буксиры из своих силовых установок — это скорость в девять единиц. Наши же преследователи двигались с крейсерской скоростью в тринадцать единиц, и теперь только они решали, когда они включатся на полную мощность и начнут резко сокращать дистанцию. Я молился о том, чтобы это произошло как можно позже…
— Похоже, эти ребята боятся нас больше, чем мы их, — хмыкнул Волынец, также как и я, наблюдая за медлительностью действий вражеской эскадры. — Смотри как резво они принялись гоняться за мирными кораблями… А к нам что-то не спешат…
