– Я понимаю ваши подозрения, Ранмару. Я бы и сам подозревал на вашем месте. Но, хоть я и польщен возможностью служить нашему господину Нобунаге, я был не меньше, а может, и больше других удивлен, что он отдал меня.
– Думаю, я тебе верю. Нет ничего дурного в том, что у человека есть хозяин, но дурно лишать человека возможности выбирать себе хозяина. Надеюсь, служба нашему господину доставит тебе больше удовольствия, чем прежние… неприятности, которые тебе пришлось пережить. Оставайся в фаворе у нашего господина. Это вознаграждается.
Ранмару казался дружелюбным и искренним и за время этого путешествия успел немного завоевать мое расположение, но, услышав последнюю фразу, я мысленно фыркнул. Мне хотелось сказать ему, что тому, кто считает себя свободным выбирать хозяина, никогда не приходилось менять его против собственной воли. Что я оказался здесь именно потому, что никак не мог решать, кому служить. Настроение мое мгновенно испортилось, хоть я и понимал, что он вовсе не имел в виду ничего плохого. Просто я был не расположен слушать рассуждения о свободе от того, кто не знал, каково бывает ее лишиться.
Ранмару, не подозревая об этом, остановил лошадь.
– Стража живет здесь.
Молча кивнув, я возблагодарил судьбу за то, что путешествие подошло к концу. Мы выехали на ровную площадку у вершины холма. Громада замка возвышалась над нами на семь этажей на основании из плотно уложенных валунов. Вверх тянулись чуть наклонные стены с несметным множеством башенок и бойниц, увенчанные золоченой крышей.
В сравнении с относительной скромностью грязного и обветшалого лесного замка Аримы размер и великолепие придавали замку Нобунаги внушительный вид. Каждый из семи ярусов был опоясан балконами, но их ширина была разная, чтобы с балкона любого уровня можно было стрелять по большей части балкона уровнем ниже. Пять нижних уровней были выкрашены в белый цвет и блистали безупречной чистотой. Казалось, в конструкции замка была учтена каждая мелочь, важная как для обороны, так и для внешнего вида.
Жилье стражи, на которое теперь указывал Ранмару, было всего в нескольких метрах от ворот, ведущих во внутренний дворик замка.
– Устраивайся. Отдыхай, если хочешь. Тебя потом вызовут. Ах да… Еще кое-что.
Он подозвал жестом слугу со свертком в руках. Ранмару взял сверток у слуги и передал мне, потом откинул ткань в сторону. Внутри оказались мои меч и копье.
– Добро пожаловать в Адзути. Уверен, ты сможешь быть полезен.
Жилище стражи оказалось всего лишь большой пустой комнатой с девятью татами, расстеленными в ряды по три. Пригнув голову, я вошел, и шестеро мужчин, которые были внутри, вздрогнули при виде огромной фигуры, едва не скребущей макушкой по потолку, а кожа моя против солнца, должно быть, казалась чернее ночи. Впрочем, они быстро опомнились и рассмеялись, оживленно переговариваясь между собой.
– Ты – африканец, – произнес один из них, не в силах скрыть улыбку. – Занимай любое свободное ложе, – добавил он, жестом обведя комнату.
Я выбрал место в углу. Попытался поговорить с остальными, но им хотелось отдохнуть. Принесли еду – горький зеленый чай, вареное яйцо, плававшее в жидкой похлебке, и миску риса. Пока остальные спали, я молча поел.
В Индии из порта меня отвели на рынок, потом в школу, которую держали наемники. Каждую ночь я бодрствовал в ожидании опасности, которая могла исходить от других мальчишек, и время от времени замечал, что они поступают точно так же. Прошли дни, прежде чем общая усталость вынудила нас заключить негласное перемирие, но как только мы смогли проспать всю ночь и проснулись невредимыми, желание бодрствовать по ночам тут же отпало. Некоторые все равно спали плохо: кто-то стонал из-за ран, полученных днем во время обучения, кто-то вскрикивал из-за мучающих кошмаров. Но я научился не обращать внимания и легко засыпал. Сейчас мне было немного стыдно, что тогда мне и в голову не пришло предложить помощь или утешение, но каждый из нас по-своему осознавал, что мы одиноки.
Здесь не чувствовалось того первого страха, но, вновь оказавшись в новом месте среди незнакомцев, я снова ощутил одиночество. Эти люди спали мирным сном, не тревожась из-за появления среди них новичка. Свернувшись калачиком в углу, я постарался отдохнуть.
Через несколько часов мои соседи проснулись и вышли, а вскоре вошли другие шесть человек и улеглись спать. Меня не вызвали ни в тот день, ни на следующий, но от Ранмару мне передали, что я могу свободно ходить по замку. Я передал в ответ, что готов участвовать в дежурствах стражи, но не получил ответа. Раз больше делать было нечего, я решил осмотреться.
Меня выпустили за верхние ворота, и по петляющей по склону дороге я отправился в город. У вершины горы раскинулись поместья и безупречно ухоженные сады. Ниже по склону дома были скромнее, в некоторых дворах можно было увидеть небольшие пруды. У подножья холма, возле порта, начинался настоящий город.
