– Черт подери, – выругалась дама. – Я рассчитывала, сегодня же начать занятия…
– С другой стороны, – задумчиво промолвил князь Карачев, – будет очень кстати, если я приеду к лорду Гренвиллу, заручившись вашим согласием.
– Причем здесь лорд Гренвилл, мистер? – насторожилась леди Бэрримор.
– Видите ли, уроки нужны не мне, а моему приятелю, – сказал Кирилл Карлович.
– Лорду Гренвиллу? – удивилась дама.
– Бог мой! Конечно, нет, – воскликнул князь Карачев. – Послушайте, сейчас, действительно, нет времени. Тут двумя словами не обойтись. А я очень спешу. И мне нужно переодеться. Я попрошу мистера Поттера, чтобы проводил вас.
– Вот еще! – фыркнула леди Бэрримор. – Вы можете переодеваться и говорить одновременно.
– Прошу извинить, но я не привык переодеваться в присутствии дам, – сказал Кирилл Карлович.
– Нашли, чего стесняться! – воскликнула леди Бэрримор. – Во время урока вы видели меня в панталонах, в каких разве что шлюхи ходят. Что поделаешь, если это самая подходящая одежда для боксинга.
– Ну, хорошо, – согласился Кирилл Карлович.
Юная леди поражала манерами. Князь решил, что лучше разобраться поскорее. Если она не возьмется за дело, лучше отделаться от нее сегодня же.
Кирилл Карлович встал за ширмой с китайскими узорами и начал рассказывать гостье о том, какие надежды возлагал на ее таланты. Петюня принимал от князя мокрое платье, подавал сухую одежду и одновременно слушал. Он исподтишка разглядывал гостью, прикидывая, способна ли выполнить задуманное.
– Черт возьми, чем эта деваха Полли зацепила вас? – спросила под конец леди Бэрримор. – Вы так стараетесь ради нее.
Кирилл Карлович поправил платок и вышел из-за ширмы. Он еще раз окинул бесцеремонным взглядом гостью, поморщился и спросил:
– Так вы согласны? Да или нет?
– Это будет презабавное дельце. Черт возьми, когда еще услышишь такое! Конечно, я согласна, – ответила дама.
– Хорошо, – произнес князь Карачев так, словно только что принял окончательное решение. – Но есть один момент, который может погубить все дело.
– Выкладывайте! Что вас пугает? – откликнулась дама.
– Не хочу показаться неучтивым, – промолвил Кирилл Карлович. – Но смущают ваши манеры. Для успеха дела вы должны будете войти в доверие. Но если вы будете поминать черта через каждое слово, то, простите за откровенность, вас не пустят на порог.
– Ах это, – улыбнулась леди Шарлотта. – Право, не стоит беспокоиться. Лорд Бэрримор, мой муж, уготовил мне два сюрприза. Один великолепный, а второй крайне скверный. Приятным подарком стало то, что он сделал меня вдовой в юном возрасте. Но непростительной с его стороны выходкой было оставить меня без гроша. Я вынуждена давать уроки боксинга и тем зарабатывать на жизнь. Так вот, мой дорогой князь, меньше всего от дамы со светскими манерами ждут, что она научит биться на кулаках.
– О, леди Шарлотта! Простите мою бестактность, – вымолвил Кирилл Карлович. – Это вдвойне непростительно, поскольку вы согласились помочь мне в столь рискованном деле.
Леди Бэрримор подала князю руку, и он прикоснулся губами к ее запястью.
Кирилл Карлович полагал, что увидит роскошный экипаж, на котором приезжала леди Гренвилл. Однако у дома стояла неприметная коляска, запряженная парой лошадей. «Пожалуй, так лучше», – подумал князь. Роскошную карету приметили бы от дома Воронцова.
Юноша наказал Джерри-Герри отвечать всем, кому вздумается навестить его, что он выпил бутылку виски и до утра лучше его не беспокоить. Вместе с посыльным лорда Гренвилла князь сел в коляску, и они тронулись в путь.
Попутчик всю дорогу молчал. Снаружи шумел дождь. Время от времени рявкал кучер, разгоняя тех, кому охота была в такую погоду шастать по улицам.
Наконец, коляска притормозила ход. Послышались дружественные, деловитые голоса и железный скрип. Они въезжали в ворота имения. При свете факелов за окном промелькнула ажурная ограда. Коляска вновь набрала скорость, но через полминуты остановилась у входа во дворец.
«Что скажет его превосходительство, когда узнает, что я нарушил слово и без разрешения поехал на встречу с министром иностранных дел? – вновь подумал Кирилл Карлович.
Вдруг на ум пришло решение, как оправдать свой поступок. «Скажу, что отправился на свидание с дамой и меньше всего ожидал встречи с ее мужем!»
Слуги приняли у князя Карачева верхнюю одежду, и ливрейный лакей проводил его в гостиную.
Юноше показалось, будто в его сердце дюжина бабочек взмыли в синеву и затрепетали нежными крылышками: он увидел леди Энн Гренвилл.
Дама сидела в кресле, обитом красным бархатом, с позолоченными подлокотниками в виде львов. Лорд Гренвилл и сэр Уильям Питт Младший, сидя в таких же креслах, вели обособленную беседу.
– Вот и наш гость, – сказала баронесса.
Джентльмены прервали разговор и повернулись к князю.
– С моим супругом лордом Гренвиллом и моим кузеном сэром Уильямом Питтом Младшим вы уже знакомы, – произнесла леди Энн.
– Что ж, господа, время позднее. Давайте без лишних церемоний, – произнес лорд Гренвилл.
– Джентльмены, поскольку вы переходите к делам не женского ума, с вашего позволения я оставлю вас, – сказала леди Энн.