В действительности, он записал в журнал все стихи Аполлонии и даже перевел их на русский язык. Но ее поэтические опыты могли привести к опасному повороту в разговоре с ее мужем.
– Ты сейчас чертей! – воскликнул мистер Хоуп. – Поли сочиняет великолепные стихи. Не то, что какой-нибудь Джон Армстронг[35]. Вот послушайте, что она написала мне на прощание:
Если муж пропадет в синем море,
Не умру от тоски я и горя.
Не пройдет и полдня,
Как утешат меня
Те, кто с мужем служил на линкоре[36].
– Это хорошие стихи? – с недоумением спросил мистер Поттер.
– Это самые лучшие стихи! – воскликнул мистер Хоуп. – Это вам не какие-нибудь сопли. Я вспоминал эти слова в самые опасные моменты и отвечал: не дождетесь!
Князь Карачев посмотрел на капитана-поручика так, словно только теперь разглядел, что это за человек.
– Знаете, мистер Хоуп, я давеча не мог понять, как это Аполлония бросила родимый край. Но теперь вижу, что вы были созданы друг для друга.
Кириллу Карловичу снилось смутное. Проносились неясные образы, слышалось невнятное бормотание, сквозь которое вдруг пробились слова «времени нет, времени нет». С этой мыслью князь и проснулся.
За окном было темно, в стекла стучал дождь. Странно было думать о том, что поздним осенним утром за окном темнота в Англии не какая-то особенная, а такая же, как в России. Однако же с рассветом проступят не знакомые с детства картины, а причудливые силуэты домов на Харли-стрит.
Кирилл Карлович подергал шнурок и прислушался. Тишину нарушала только капель. Обождав с полминуты, князь вновь подергал шнурок. Ответа не последовало. Звон не достигал его спальни, но, похоже, не достигал и ушей Петюни, над кроватью которого висела сонетка.
Рассердившись, Кирилл Карлович схватил шнурок и сотрясал его до тех пор, пока не появился заспанный камердинер.
– Сэр, что случилось? – Петюня с трудом шевелил губами.
– Вставать пора! Вот что, – недовольным тоном ответил князь.
– Да вы же только-только легли, – пролепетал камердинер.
Он еще надеялся, что не придется продирать глаза. Но Кирилл Карлович остался неумолим.
– Скоро отоспимся. Будет ли сон сладок? – промолвил он. – А сейчас столько дел, что почивать некогда. Составь-ка, дружище, мне компанию. Выпьем кофию и дела обсудим.
Петюня вздохнул и пошел за водой – подать князю умыться. Затем он отправился вниз. Федот по заведенному еще в России правилу к этому часу готовил завтрак и держал его горячим.
Однако в это утро правило было нарушено, а Федота дома не оказалось.
– Вот те на! – обронил Кирилл Карлович, услышав от Петюни об исчезновении повара. – Куда же он мог среди ночи деться? Может, девицу какую себе подыскал?
Вопрос прояснился, когда на шум их голосов выглянул мистер Поттер.
– Сэр, только от нас ушел мистер Хоуп, как примчался посыльный от Воронцова, – сообщил англичанин. – Министр приказал, чтобы повар поскорее явился к нему. Мы решили, что вы не откажете его превосходительству в просьбе и не стали вас будить.
Кирилл Карлович столкнулся взглядом с зелеными глазами мисс Поппи.
– Вот те на, – сказал он кошке. – Для меня у министра времени не нашлось, зато понадобился повар.
Мисс Поппи повиляла хвостом, чем выразила крайнее неодобрение поступку Воронцова.
– Ладно, Петюня, неси на стол, что найдешь, – сказал Кирилл Карлович.
Петюня уплел кулебяку с говядиной и взялся за пирог с овощами и сыром.
– Вот! А говорил, что в такую рань кусок в горло не лезет, – сказал князь.
– Федот так готовит, что даже от вчерашних пирогов аппетит просыпается, – признался Петюня.
– Хорошо, что леди Бэрримор вчера пожаловала, – перешел Кирилл Карлович на серьезный лад. – Дел навалилось так, что не знаю, как всюду поспеть.
– Сэр, вы мне поручите что-нибудь, – сказал Петюня.
– Что-нибудь поручу, – произнес Кирилл Карлович тоном, подразумевавшим задание крайней важности. – Во-вторых, мы должны получить весточку от мистера Джентля. А если сообщения от него не последует, отправимся сами на Лестер-сквер, чтобы найти его.
– Сэр, а если Воронцов узнает?
Камердинер промолвил это с грустью, решив, что покрывать самовольную отлучку князя как раз окажется его важным поручением.
При мысли о министре Кириллу Карловичу сделалось тоскливо. Ночью мистер Хоуп покинул дом с идеей опубликовать стишок. Если газета попадется на глаза Аполлонии, она догадается, что в Лондон приехал муж, и вернется под его защиту.
После этого князь Карачев наведался в миссию, поднял среди ночи мусье Жолли и поручил тому доложить министру о необходимости срочной встречи. Секретарь обещал все передать, как только его превосходительство проснется.
Кирилл Карлович ожидал вызова к министру. Думал, как объяснить самовольную отлучку. Шуры-муры с женой министра иностранных дел Англии станут сомнительным оправданием. Но поездка на встречу с государственными мужами Англии без разрешения еще хуже.